Алексей Гравицкий

Вендетта

1

Джастин поправил галстук и посмотрел в зеркало.

— Сегодня ты разделаешь его под орех, старина, — улыбнулся он уголками губ своему отражению. И отражение послушно улыбнулось в ответ.

Джастин любил разговаривать с зеркалом. Тихо, на едине, когда рядом никого не было. А рядом уже давно никого не было. Лишь прислуга, да мальчики из охраны, которые высылаются из комнаты одним движением руки.

С тех пор, как он похоронил Мелони и их сына, зеркало было единственным другом и собеседником, которому Джастин мог довериться. Огромное, в пол стены шириной и высотой от пола до самого потолка стекло в старой раме из мореного дуба. С той стороны, в зазеркалье, была такая же комната и в ней жил такой же Джастин, у которого не осталось в этом мире никого, кроме стекла в пол стены и двойника за стеклом.

В дверь тактично постучали.

— Что там еще? — недовольно рыкнул Джастин.

— Босс, машина подана. Пора ехать, — донесся из-за двери голос Боба.

— Иду.

Он снова повернулся к зеркалу, пригладил седые виски и пристально посмотрел в глаза отражению. Сегодня все кончится. Даже раньше, в ближайший час. Все кончится и...

Джастин вгляделся в лицо зазеркального двойника. Какое-то сомнение все же мучало его.

— Ты все делаешь правильно, — уверенно произнес двойник из зеркала.

Произнес и улыбнулся улыбающемуся Джастину. Самое главное в разговоре с отражением правильно ставить вопрос в голове и уверенно отвечать на него вслух.

 

2

Это был недорогой дом в дрянном районе. Джастин поднялся по лестнице, распахнул дверь и прошел в скромно обставленную комнату. Да, это не его особняк с бассейном и прилегающей территорией, на которой хватило места полю для гольфа и посадочной площадке для вертолета.

В комнате был беспорядок, поваленная этажерка, рассыпавшиеся по полу книги, разбросанные диванные падушки и пара сломанных стульев. На светлом ковре свежие пятна крови. Джастин прошел в центр комнаты, огляделся.

Боб приволок откуда-то кресло, подставил услужливо:

— Садитесь, хозяин.

— Где он? — принимая приглашение поинтересовался небрежно Джастин.

— Сейчас все будет.

— Надеюсь твои ребята не переусердствовали? Я бы хотел с ним поговорить прежде.

Боб успокаивающе взмахнул рукой. Двое громил втащили в комнату седого мужчину, бросили посреди комнаты и удалились.

Джастин смерил его взглядом. Губы разбиты в кровь, пары зубов не хватает. Висок рассечен, от него бежит дорожка запекшейся крови. Вниз до скулы, а там по шее и теряется где-то под воротом рубахи, тоже потемневшем от крови. На пол лица вспухший синяк, такой, что правый глаз заплыл и вряд ли что-то видит. Да, постарались ребятки, разукрасили будь здоров.

— Рад видить тебя, Френк. И не скажу, что шибко расстроен из-за твоего нынешнего состояния.

Седой мужчина сидел перед ним на полу и даже не пытался встать на ноги. Лишь приподнял голову и поглядел налитым кровью глазом. Второй глаз у него все одно ничего не видел.

— Так это ты, Джасти, — хрипло произнес Френк. — А я-то думал что за мальчики меня пресуют и чего ради. А это всего лишь ты.

Джастин поднялся с кресла, обошел вокруг старика:

— Да, я. Знаешь, Френк, я искал тебя пятнадцать лет. Я ждал этой встречи. Я мечтал, как найду, как...

Джастин задохнулся и отвернулся к стене. Там среди дешевых картинок висело зеркало. Сквозь стекло на него смотрел двойник, за спиной которого сидел на полу искалеченый старый, седой Френк.

— Я мечтал разорвать тебя на куски, — сипло проговорил Джастин, глядя на врага сквозь зеркало. — Своими руками медленно рвать тебе на куски. За Мелони, за нашего сына. Ты помнишь Мелони, Френк? Ты убил женщину. Женщину! Через неделю ей должно было исполниться тридцать девять. А наш сын? Мой сын, Френк, мальчишке не было и двадцати. А ты убил их. И я мечтал найти тебя и долго, мучительно долго, Френк, рвать на куски.

— Ну нашел, — седой все-таки поднялся. — Дальше что? Рвать хочешь? Рви.

— Нет, Френк, — Джастин смотрел на него через зеркало. — Я нашел тебя слишком поздно. Тогда я был в состоянии рвать, сейчас я слишком устал для этого, да и ты постарел. Мне хотелось отловить лощеного хлыща, а нашел я рано постаревшего неудачника, способного в лучшие свои годы лишь убивать женщин и детей. Калеку-старика. А ведь ты младше меня, Френк. Мне не интересно рвать тебя в клочья, я просто тебя убью. Ррррраз!

Джастин резко с силой ударил по отражению Френка в зеркале. Стекло лопнуло и осыпалось вниз разноколиберными осколками.

— И все, — закончил он и повернулся к Бобу. — Пистолет мне.

Боб откинул полу пиджака, щелкнул запор кабуры. На протянутой ладоне рукоятью вперед лежал револьвер. Джастин неторопливо принял оружие, с той же неспешностью выставил перед собой. Дуло револьвера уперлось Френку в лоб.

— Погляди на меня Френки. Знаешь, что такое остаться одному? Знаешь, что чувствует человек, когда единственным другом и собеседником для него остается двойник из зазеркалья? По счастью ты никогда этого не узнаешь, Френк. Я много раз задавался вопросом где находится тот мир, что за стеклом. И что в нем происходит, когда мы на него не смотрим? Я мучался, думая что делает мой двойник, мое отражение в то время, пока я нахожусь далеко от зеркала... — он запнулся на секунду. — Это просто треп, Френк. У меня едет крыша. Но тебя я сейчас вылечу и от съезжающей крыши, и от одиночества, и от разговоров с зеркалом. Отражения у тебя уже нет, а сейчас и тебя не станет. Хочешь сказать что-нибудь напоследок?

— Я еще вернусь, сукин ты сын, — прохрипел Френк. — Вернусь и отомщу так, что разговоры с зеркалом раем тебе покажутся.

— Прощай, Френк.

Грохнул выстрел.

 

3

Голова разламывалась от невыносимой боли. Френк поднялся. Откуда-то издалека доносился скучный ко всему привыкший голос:

— Марти, звонил Януш.

— Ну? — отозвался второй голос. Помоложе и поживее.

— Убитый мужчина это Френсис Гарленд. Возраст шестьдесят один год. Судим, был приговорен к двадцати пяти годам тюремного заключения, отсидел двадцать, выпущен досрочно. Спустя год попал в розыск.

— За что в розыск?

— По подозрению в двойном убийстве.

— Кого грохнул?

— Мелони Буше, тридцать восемь лет и ее сын Дениэль Буше восемнадцать лет.

— Эти Буше случаем не имеют отношения к миллионеру?

— Это его жена и сын, Марти. Так вот этот Гарленд был в розыске до сегодняшнего дня. Можешь требовать примеальных, мы его нашли.

Френк держась за голову поплелся в ванную комнату. Вслед ему донесся приглушенный голос Марти:

— Кажется здесь нечего больше делать.

— Да. Надо бы съездить навестить миллионера, хотя вряд ли это что-то даст.

— Поехали. Погоди только отолью схожу.

 

4

В ванной было прохладно и голове немного полегчало. Френк смочил холодной водой полотенце и приложил к лицу. Послышались приглушенные шаги. Такую глухость приобретают все звуки, которые идут из того мира. Он подошел к зеркалу и посмотрел в мир людей. Своего двойника, который считал его своим отражением, Френк не увидел. Лишь в стороне стоял над унитазом парень в форме офицера полиции, по всему видать тот самый Марти.

Френк отошел в сторону, решив не пугать полицейского раньше времни. Он вернулся к стеклянной грани между мирами только тогда, когда с той стороны послышался плеск воды. Тогда он подошел к зеркалу и поглядел на моющего руки, занятого своими мыслями офицера тактично кашлянул.

Марти поднял глаза на отражение, лицо его исказилось от ужаса, он резко повернулся, вздрогнул и снова уставился в зеркало. Какое-то время непонимающе моргал, потом снова задергался, пытаясь охватить сразу отражение в зеркале и пространство за спиной.

— Не дергайся, — сухо сказал из зеркала Френк. — Запри-ка лучше дверь, твоему напарнику незачем слышать наш разговор.

Марти послушно щелкнул замком, вернулся к зеркалу и снова не смог сдержать дрожи.

— Что, так плохо выгляжу? — усмехнулся Френк.

— У вас лицо разбито. Здесь и здесь... — Марти провел по своему лицу, показывая. Затем снова вздрогнул и снова обернулся. За спиной никого не было. В ванной комнате находился только один человек. А в зеркале их было два. Причем один из отражавшихся валялся в соседней комнате хладным трупом.

— Кончай дергаться, — жестко сказал Френк. — Я живу только в зеркале.

— Вы Френсис Гарленд?

— Зови меня Френк.

— Хорошо, Френк, — Марти судорожно сглотнул. — А как так может быть? Как вы можете отражаться здесь, когда вы умерли там.

— Не знаю, — честно сказал Френк. — Я никогда не задумывался о том, как пересекаются наши миры. Вся штука в том, что я знаю про Ваш мир, а Вы про мой нет. У меня есть своя память и память Френка-человека. А Френк умер так и не узнав, что есть другой мир, с которым он напрямую связан. По идее я тоже должен был умереть вместе с ним, но убийца прежде чем убить его, разбил зеркало, в котором они отражались. Возможно это как-то сместило точку пересечения двух миров и я остался живым. Только не спрашивай как, парень, я и сам не знаю.

Марти пока слушал эту тираду практически успокоился, только время от времени пытался обернуться, но рефлекторно. А поймав себя на желании повернуть голову, тут же это желание и пресекал.

— Ты хочешь знать кто убил Френка, Мартин? — поинтересовалось отражение с изувеченным лицом и седыми волосами.

— Джастин Буше, — словно во сне пробормотал Марти.

— Хорошо у тебя голова варит.

— Вы убили его жену и сына, — полицейский не спрашивал, он словно бы размышлял вслух. — За что?

— Месть, парень, — горько усмехнулся Френк. — Вся моя жизнь была одной сплошной вендеттой. Подозреваю, что и жизнь Джастина тоже. Мы с ним познакомились, когда мне было чуть больше двадцати. Он был старше меня лет на шесть или на семь. Потом у него родилась идея, как можно живенько и не совсем законно обогатиться. Мы провернули дельце и он стал миллионером, а я сел. Он подставил меня, парень. Возможно у него были на то причины. Возможно я обидел его чем-то, но я об этом могу только догадываться.

Френк вздохнул тяжело, тряхнул седой головой.

— Дальше, — потребовал полисмен.

— А дальше я отсидел два чертовых десятка лет. И все эти годы я ждал той минуты, когда выйду и поквитаюсь с ним за все. Рано или поздно это должно было случиться. Ну и случилось. Я несколько месяцев пытался встать на ноги, потом искал Джастина, потом искал слабое место Джастина и, наконец, возможность по этому месту ударить. На все ушло около года. Да, я убил его жену и сына. Потом я лег на дно. Один бог знает сколько мучений я испытал позже, когда женщина и ребенок приходили ко мне ночами и молча смотрели мне в глаза, — Френк надолго замолчал. — Не важно! Вчера Джастин нашел меня. Он искал меня с теми же мыслями и чувствами, что я искал его пятнадцать лет тому назад, когда вышел после отсидки. Ррраз — и все. Он просто меня убил. Одним выстрелом.

Френк устало провел рукой по разбитому лицу, поморщился. Полицейский стоял и ждал чего-то.

— Ты не посадишь его, Марти, — тихо сказал Френк. — У тебя не хватит доказательств, а у него хватит денег на то, чтобы любые доказательства стали вздором. Он всегда был сволочью. Я не меньшей. Это не дело полиции, это наше дело, Марти. Оно касается только меня и Буше. Поэтому и решить мы должны его вдвоем. Эта будет последняя точка. Мне не требуется время, я знаю его слабое место, Марти. Мне нужно только попасть к нему в особняк. Ты поможешь мне, Мартин?

Полицейский молчал. Думал о чем-то и судя по вырожению лица мысли были не радужными.

— Ты поможешь мне, — повторил Френк. — У тебя есть маленькое зеркальце?

Мартин молча полез в карман и вытащил оттуда зеркальный прямоугольник.

 

5

— От он! Явление Христа народу. Я уж думал ты там утонул.

— Уж и погадить спокойно нельзя, — отмахнулся Мартин.

При взмахе что-то блеснуло в его руке, привлекая внимание.

— Что у тебя там?

— Ничего. Просто зеркало. Мое зеркальце.

— А в карман сунуть?

— Рука не поднимается, — непонятно пояснил Мартин.

— Странные у тебя сегодня шутки, старина. Ну что, едем к миллионеру?

 

6

— Мистер Буше примет вас, господа, — чинно провозгласил дворецкий. — Обождите здесь. Мистер Джастин сейчас спуститься к вам.

Глухо хлопнула дверь. Френк не стал дожидаться мистера Буше. Он прошел по кабинету, кинул прощальный взгляд на полицейских через зеркало висящее над журнальным столиком в золоченой оправе и вышел в коридор.

Через пятнадцать минут блуждания по особняку он нашел личные покои Джастина. Огромная комната больше напоминавшая залу, куча излишне вычурной мебели, картины. Неудачная попытка превратить комнату в музей.

Джастин оглядел ту вторую, точную копию первой, комнату сквозь огромное в пол стены зеркало, окинул взглядом само зеркало и усмехнулся. Да, в точку, Френки. Ты нашел его слабое место. Теперь осталось только ждать. Немного. Самую малость.

Френк прошел в дальний угол комнаты, распахнул створку огромного шкафа, юркнул внутрь и, присев за костюмами, прикрыл за собой дверь.

 

7

— Меня ни для кого нет.

— Принято, босс, — отозвался Боб.

Джастин тихо прикрыл дверь, прошел по комнате, остановился возле зеркала.

— Вот такие дела, старина, такие дела.

Тонкие холеные пальцы нервно подрагивая распустили узел галстука. Джастин скинул пиджак, отбросил на спинку кресла, туда же полетел и галстук.

— Фокстерьеры, — объяснил отражению Джастин. — Энергии много, мозгов мало. Вся полиция у нас из одних фокстерьеров.

Двойник молчал. Джастин прошел вглубь комнаты, сел в кресло. Посидел немного. Потом снова приподнялся, прихватил диванную подушку и плед и вернулся в кресло. Подушка уютно легла под голову, от пледа стало тепло и хорошо, не смотря на шерстяное покалывание. Джастин прикрыл глаза. Двойник в зеркале заснул одновременно с хозяином.

 

8

Когда по комнате разнеслось тихое похрапывание Френк тихо приоткрыл дверцу шкафа и вышел. Джастин спал, умиротворенно посапывая. Тот, другой Буше делал тоже самое по ту сторону зеркала.

Френк неслышно ступая прошел через комнату, взял подушку и метнулся к Джастину. Какое-то время он молча стоял глядя на миллионера, потом тихо опустил подушку и сильно прижал ее.

Человек ничего не слышит и мало что чувствует, когда душат его отражение.

Френк оттащил обмягшего Буше в шкаф, уложил под костюмами и закрыл дверцу. Потом тихо пробрался к креслу, уселся, принимая расслабленную позу, укрылся пледом, подложив подушку под голову. Какое-то время сидел прислушиваясь к ощущениям, стараясь поймать связь с человеком в мире людей. Потом окончательно расслабился и уснул.

 

9

Когда Джастин проснулся было уже темно. Он поднялся с кресла, сладко потянулся. Лечь спать? Или... Впрочем, спать не хотелось. Буше встал с кресла, прошел к зеркалу и включил бра.

Вспышка ударила по глазам, воткнулась в голову, пронзая мозг насквозь. Не сразу осознал, что это не от света. А когда понял, похолодел от ужаса. Вцепился в волосы, не веря, не желая, не смея верить.

Двойник в зеркале послушно повторил все его движения. Так же вцепился чужой рукой в чужую седую шевелюру и с болью в глазах воззрился на Джастина.

Буше протянуль вперед руку, каснулся зеркальной глади, из-за которой на него смотрело чужое лицо. Висок рассечен, от него вниз за окровавленный ворот по лицу и шее сбегала запекшаяся кровавая дорожка. Пара выбитых зубов, разбитые губы, посиневшая и опухшая половина лица. Подтек смесился к переносице так, что правый глаз заплыл и ничего не видел.

Джастин закрыл лицо руками. Когда снова отвел руки отражение глядело на него с улыбкой, хотя Буше не улыбался.

— Ну что, Джасти, поговори со мной об этом, — жестоко проговорило отражение и рассмеялось.

2009 © Алексей Гравицкий
top.mail.ruРейтинг@Mail.ru