Алексей Гравицкий

Две остановки до чуда

Повесть написана в соавторстве с Василием Купцовым

 

Пролог

Газеты пестрели громкими статейными заголовками:

«...разгребая подмосковную свалку, рабочие нашли странную конструкцию. По некоторым данным артефакт имеет внеземное происхождение. Конструкция представляет собой усеченный конус, то есть холм со срезанной вершиной. Диаметр по границе с землей 150 метров. Высота артефакта 6 с половиной метров. Артефакт уходит под землю  и...»

Журнал «Техника молодежи»

«...С виду он похож на небольшой холм, в который ведет кроличья нора. Ученые озадачились исследованием, но результатов до сих пор нет. До сих пор остается загадкой назначение таинственного предмета. Возможно, это сломанный космолет инопланетян, а быть может радиоактивный мусор, который инопланетчики выкидывают на наши помойки...»

Газета «Мегаполис экспресс»

«...По словам ясновидящей Глафиры, проживающей в близлежащем населенном пункте, артефакт может быть взрывным устройством. Несколько месяцев назад Глафире явилось видение, она зрела внутренним взором приближение небесного тела по форме напоминающего сигару. Тело зависло над свалкой, видимо сбрасывая то, что ученые называют артефактом, затем была яркая вспышка света...»

Газета «Тайная власть»

«...Ученые бьются за артефакт, однако внеземная цивилизация не желает расставаться так просто со своими загадками. Никому до сих пор не удалось проникнуть внутрь артефакта. Оказалось невозможным и каким-либо образом нарушить целостность его поверхности. Внутренности инопланетного „орешка“ не по зубам современной науке...»

Газета «Аргументы и факты»

«...уфологи выражают сомнения по поводу вложений в исследование артефакта. Российскому правительству хватает проблем земных, которые требуют финансирования. Между тем была высказана очень четкая позиция по поводу возможности исследования артефакта зарубежными учеными. „Артефакт — народное достояние РФ, и никакого иностранного капитала рядом с ним быть не может. Мы не имеем права утерять тот потенциал, который сокрыт внутри артефакта. Между тем присутствие зарубежных инвесторов дает возможность странам-инвесторам предъявлять свои права на артефакт, мы этого допустить не можем“, — заявил журналистам министр...»

Газета «Известия»

Журналисты шумели про артефакт около месяца, потом нашлись более важные новости и про инопланетную штуковину забыли. Забыли многие, но не все.

 

Глава первая

Прекрасна майская пора в Родниках... Нет, правда. Уже тепло, уже почти лето. Уже не хочется учиться, да и учебы осталось всего ничего. Кучка четвертных и экзаменационных контрольных, итоговое сочинение. И кто их придумал? Для Вити Андронова эти итоговые работы были не успешным финалом, а финальной проблемой учебного года.

Учился Витя, он же Витька, но чаще — Витёк, честно признаться, кое-как. И не потому, что был отпетым лоботрясом, а просто все свободное время, и несвободное — тоже уходило на увлечение моделированием, в котором он давно переплюнул не только друзей-сверстников, но и многих взрослых. И без всякого высшего образования, а исключительно на своих талантах, чем несказанно гордился. Учеба, тем не менее, у Витька не ладилась.

Ну, где найти время? Где? Когда кругом столько интересного? Этот крик рвался из души Витька и раньше. Он и не подозревал, что настанет день, и судьба подкинет ему новый интерес. А интерес этот перекроет все, что было до того в его жизни. И день этот, между тем, настал.

Все началось с разговора с рыжим приятелем — Антошкой. Витькин одноклассник уродился прилежным, как девочка-отличница, к моделированию никакого отношения не имел, зато в учебе преуспевал. И папа у него ученый какой-то. В общем полная Витьку противоположность. Наверное, именно из-за своей непохожести и сошлись вместе Витя и Антон к взаимной радости. Витька без зазрения совести списывал у приятеля при первой возможности, а взамен разбавлял обычное и потому скучное Антошину существование интересными историями из жизни Станции Юных Техников. Впрочем, в тот день все переменилось. Нет, не в том смысле, что теперь Антоша списывал у Витька... К удивлению своему, сегодня Витя слушал, а вот Антон — рассказывал. И история, которую он поведал, давала фору любой байке про юных техников.

Антоша упивался радостным, неведомым до сей поры чувством поймавшего внимание публики рассказчика. И говорил. Говорил про то, что под Москвой лежит странный инопланетный артефакт похожий на холм, что ведут в него ходы, но настолько маленькие, что не пролезть туда человеку. Говорил о том, как исследовали артефакт черные археологи, как хотели взорвать его взрывчаткой, а только ничего взорвать так и не смогли. Говорил о том, как стали исследовать этот артефакт ученые, а руководил ими Антошин папка. А на днях папа пришел домой очень грустный и сказал маме, что проект закрывают, потому что бюджет на него не предусмотрен, а проще говоря, денег правительство не дает. И теперь артефакт будет тихо спокойно гнить неисследованным.

— Врешь! — выдохнул Витёк. А что он еще мог сказать в ответ на необыкновенную историю, такую ведь можно разве что из кино про пришельцев стащить, или самому придумать.

— И вовсе я не вру, — обиделся Антоша.

— Значит, ученые взрывали взрывчаткой?

Витя остановился и пристально посмотрел на одноклассника. Антоша потупился, но тут же вскинул голову, решив видно, что с опущенной головой и впрямь выглядит пойманным на вранье лгунишкой. Тавтологии «масла масляного» он не заметил, не до того.

— Не ученые, а черные археологи.

— А археологи, по-твоему, не ученые? — Андронову на мгновение показалось, что поймал-таки приятеля на неправде.

— Сказано же тебе, чудак, — с видом знатока объяснил Антоша, — «черные» археологи. А они не ученые, они... — подросток запнулся, пытаясь припомнить хитрое словечко. — Они псевдоученые. Потому что ученые работают ради науки и для людей, а черные археологи ради денег и для себя.

Объяснение выглядело совершенно не Антошиным. То есть сказал все это Антоха, но слова казались чужими, приятель так никогда не говорил. А вот на Антошиного папу такое объяснение — очень даже походило! И Витёк поверил.

Поверил в необычайную историю про какую-то штуку в холме, в которую ведут маленькие круглые дыры, похожие на кроличью нору из «Алисы в стране чудес».

Отчего бы и не поверить, ведь про нее как-то по телевизору в новостях говорили. Помнится, месяца три назад: «по некоторым данным, ученые предполагают внеземное происхождение артефакта. Возможно, этот подмосковный холм скрывает в себе ответы на многие вопросы...» — так сказала дикторша в телевизоре. И Витёк еще тогда заинтересовался этой штукой, но больше о ней почему-то ничего не говорили. Правда, написали в «Московском комсомольце», что читала Витина мама, и который Витин папа называл фантастикой. Витёк фантастику любил, а потому втихаря мамину газету почитывал. Правда, ничего фантастического там не находил. Да и вообще в этой газете было мало интересного. Разве что заметка про «подмосковный холм».

Так что в артефакте Витёк особенно не сомневался. И в его внеземном происхождении тоже был уверен. «Подумаешь инопланетянская штука-дрюка, тоже мне невозможное. Очень даже возможное» — думал Витёк.

А вот поверить в то, что папа одноклассника работал с этой штукой, поверить в то, что начальники не поддержали изучение артефакта, поверить в этих черных археологов, которые пытались взорвать инопланетную штуковину, а она не взорвалась, поверить во все это было значительно труднее.

Однако поверить во все это Витьку пришлось. И Антоха, почувствовав это, гордо распрямился, готовясь рассказывать небывалые байки про артефакты и ученых дальше. Правда, рассказывать ему не пришлось.

— Идем, — решил Витя.

— Куда? — не понял Антон.

— Поедем смотреть твой артефакт.

Андронов схватил приятеля за портфель и потянул куда-то.

— С ума сошел? — заупрямился приятель. — Это ж за городом! Целых две остановки на электричке.

— Не целых, а всего две остановки. Ты представь: две остановки до чуда! У нас все соревнования за городом, а уж у авиамодельщиков — подавно. Не среди домов же пилотировать! — отмахнулся Витёк. — Мы иногда с Валерием Палычем, тренером нашим, в другие города области выезжаем. Когда на машинах, а то и своим ходом, на электричках. Бывает, по четыре часа добираемся. Да чего там, даже если соревнования в Тушино, на аэродроме, все равно часа два тратишь — электричкой до Москвы, потом метро до конечной... А нам всего-то проехать пяток остановок! Сошел с платформы, рядом — артефакт! — Витёк перехватил пытающегося вывернуться одноклассника, цапнув на этот раз за руку.

— Да езди ты куда хочешь, — Антон вырвал руку. — Завтра контрольная по математике. Готовиться надо.

— С каких это пор ты готовишься к математике? — подозрительно покосился на друга Витёк. — Струсил? Так и скажи.

— Ничего я не струсил, — насупился Антон.

— Струсил-струсил, трусище — серое зайчище! Или ты мне наврал все?

— Ничего я не наврал. Ну, чего мы туда поедем? Жвачку на артефакт прилепить? Или шарик каучуковый внутрь бросить?

— Нет, не шарик, — тихо и серьезно сказал Витя. — Но я знаю, кто может пробраться внутрь артефакта.

— Морскую свинку туда свою запустишь? — мстительно усмехнулся Антон.

— Нет, не морскую свинку, — Виктор не заметил подначки, добавил загадочно. — Я придумал, как пролезть внутрь.

Такой поворот выбил Антошу из седла:

— Как? — спросил он осипшим напряженным голосом.

— Элементарно, Ватсон, — провозгласил Витёк, подражая по мере своих скромных возможностей голосу артиста Ливанова. — Если туда не сможет пролезть человек, то туда должен пролезть робот. Машина, понимаешь?

— Нет, — честно признался озадаченный Антон.

— Ну, машинка, понимаешь, дурья башка? Моя машинка. Модель!

 

***

Через пару часов мальчишки сбежали с платформы, Витёк насчитал всего восемь ступенек.

Традицию считать все, что только можно, Андронов завел, прочитав книжки о Шерлоке Холмсе. Знание того, сколько этажей в доме приятеля, или ступенек на каждом из лестничных пролетов может иногда пригодиться. Хотя это самое иногда пока не случалось, мальчик продолжал считать и запоминать. После того, как он выучил расположение подъездов в доме Антохи, таковые подсчеты казались уже детской забавой. Еще бы: сначала пятый подъезд, потом четвертый и так до первого, а после первого десятый, девятый, восьмой... И это еще не все! После шестого шел тринадцатый подъезд, затем двенадцатый, а последним в тринадцатиподъездной каменной стене шел номер одиннадцатый.

— Куда теперь?

Витёк чуть не налетел на Антоху, этот дурошлеп опять остановился, едва преодолев последнюю ступеньку.

— Сколько тебе говорить, не стой...

— Хорошо, — Антон сделал пять шагов вперед, — ты знаешь, куда идти?

— В разведчики тебя точно не возьмут, — заявил Витя.

— Это почему? — Взъярился приятель, и тут же осекся. — Ну, не видел...

Кто-то воткнул в землю фанерную табличку, намалевав ярко-синим «Артефакт», да обозначив стрелкой надлежащее направление. Краска отсвечивала на солнце, подобно светящейся рекламе.

— А ее не вертели? — Усомнился Антошка, подозрительно оглядев землю у колышка.

— А тропинку рассмотреть слабо?

Трава в указанном стрелкой направлении была основательно стоптана.

Мальчишки ринулись вперед, топтать — так топтать, что нам цветочки-одуванчики! Машинка забилась в рюкзаке, Витёк сбавил темп: так ведь и повредить чего-нибудь внутри можно.

За тремя тополями обнаружилось широкое — четыре полосы — шоссе, со свеженькой двойной линией посередине. «Капитально!» — отметил про себя Витёк. Перебежав дорогу, подростки двинулись в сторону двух автобусов, те забрались метров на десять в дикую природу.

— Это туристический? — Антоха кивнул в сторону ярко разукрашенного сооружения на четырех колесах, окна коего нависали над пешеходами с высоты пары метров.

— А вот и иностранцы, — подтвердил Витёк.

— Чего это они?

— Как чего? Артефакт!

Иностранцы как иностранцы: все с цифровиками, старички в коротких штанишках, бабушки в темных очках, одежда всех цветов радуги, да говор на неведомом — не английском и немецком точно — языке.

— Они это... Они у нашей дыры фотографируются! — в голосе Антошки проклюнулась капелька ревности.

— Артефакт не наш, это мировое достояние.

— А вон мент, а что это у него?

В стороне похаживал милиционер, а вот то, что он держал в руке... Бред! Витёк точно видел такую штукенцию у прабабушки. Она до сих пор стирала в неавтоматической машине. И вот такими длинными деревянными щипцами доставала выстиранное белье со дна. Сейчас бельевыми щипцами был вооружен представитель правопорядка: ходит, пощелкивает ими...

— Я так понимаю, не мы одни норовим что-нибудь сунуть в дырку, — хихикнул Антошка. Догадался, зачем щипцы!

— А я — другое понимаю. — Витёк изобразил вздох. — Эти уедут, а вон те, — мальчик указал пальцем, что, конечно, неприлично, на группу возле почти отечественного «Икаруса», — на очереди. И когда нам дадут подойти...

— И дадут ли вообще, — приятель кивнул в сторону милиционера.

— Ну, давай хоть обойдем его!

— А он... Где?

Витёк огляделся.

— Да, может, весь этот холм... Пошли!

— А куда?

— Как положено, по часовой стрелке.

Витёк решительно зашагал налево. Антошка потянулся следом, то и дело оглядываясь на холм. Через каждые десять-пятнадцать шагов виднелись следы «раскопок», местами проблескивало нечто черное, верно — сам артефакт. В одном месте таинственное вещество освободили из-под земли полосой метров десять длиной, высотой — в полтора.

— Еще ход искали? — спросил Антоха.

— Может быть. Или просто решили расчистить от земли.

Витёк присел на корточки напротив иссиня-черной поверхности. Долго рассматривал, потрогал пальцем. Антошка присоединился к исследованию, даже ногтем поскреб.

— Пластик как пластик, даже не пахнет, — выдал заключение Витёк, — мы такой сами делаем, слой стекловолокна, слой эпоксидки, слой стекловолокна, слой клея... Для колпаков на машинки даже матрицы есть, всех делов-то.

— Сдается мне, это не из эпоксидного клея, — глубокомысленно изрек Антон.

— Да уж, откуда у инопланетян эпоксидка?

— Или у этих... Древних! Предтеч! Странников! Черная Эпоксидка Предтеч! Или как там еще в фантастических книжках их называли?

— Гоблинами! — не удержался Витёк, и оба рассмеялись.

Витёк продолжал ковыряться с Черной Эпоксидкой Предтеч, даже лупу достал из рюкзачка. Антошка отошел подальше. И тут же пожалел, что не захватил фотоаппарата. Какой снимок получился бы: лучший друг с лупой на инопланетном артефакте! Рыжий поднял глаза, стараясь охватить панораму «исследований» в целом.

— Смотри, вон там, наверху — тоже!

— Ага.

Примерно на уровне трех метров, что составляло не менее половины высоты таинственного объекта, кто-то не поленился покопать землицу, освободив квадрат метр на метр. Черная поверхность артефакта виднелась лишь местами, остальное уже покрылось тонким слоем земли.

— А сверху копали? — Подумал вслух Витёк.

— Можно забраться, посмотреть! — обрадовался Антошка. — Смотри, вот и дорожка протоптана.

Не дожидаясь согласия приятеля, мальчик полез наверх. Вите ничего не оставалось, как, кряхтя, последовать за другом. Крутой подъем, но хвататься руками за растительность подросток посчитал ниже своего достоинства. Уж как-нибудь! Вот и вершина.

— Как будто на крыше, — Антон огляделся.

— Или на большом-пребольшом столе, — уточнил Витёк.

— Круглый стол...

— Диаметром метров сто! А вон, смотри, раскопано...

— И там, и вот тут, — Антошка указал пальцем.

— Раскопок много, вот только входов нет. Не нашли, что ли, второго входа.

— Может, и нашли, да закопали потом, — предположил Антоха.

Ребята пересекли поверхность «стола» наискосок. Снизу послышался свист. А, это же туристы! Увидели наверху ребят — и приветствуют. Мальчики помахали в ответ руками, Антошка не удержался:

— Физкульт — привет! Спартак — чемпион!

Милиционер погрозил ребятам пальчиком, те разом отступили на несколько шагов, скрываясь от глаз туристов.

— Спускаемся, — скомандовал Витёк.

Ребята сбежали с холма в том же месте, где поднимались. Антошка зацепился ногой за какой-то корешок, тело проделало само собой балансировочные движения, при этом нос мальчика на мгновение оказался возле здоровенного камня, но — обошлось без падения на землю. Витя спускался степенно, еще бы: упасть — машинку разбить!

— Смотри, Витёк, а вон — яма. Это та самая воронка, после взрыва, который черные археологи устроили?

Витёк подошел к краю ямы. На дне обнаружилась зеленоватая вода. Болотце...

— А лягушки? — Поймал мысль приятеля Антон.

— Лягушки пока не завелись. Не отвлекаться, пошли дальше! — Витёк поймал себя на том, что ему нравится командовать. Да, приятно отдавать приказы типа: «Спускается! Не отвлекаться!», особенно тогда, когда им подчиняются...

Ребята прошли еще немного. Вот и туристы, и даже экскурсовод. Маленькое путешествие закончилось, а второго входа внутрь артефакта не обнаружилось.

— Две тысячи восемьсот тридцать шесть шагов в окружности, — сообщил Витёк.

— А то, что мы сейчас не дошли до дырки, и начали не с нее — учел?

— Накинем еще три десятка, э... Неважно... Это называется «в первом приближении», теперь хоть знаем его размеры, — изрек Витя.

— И что теперь?

— Теперь — домой, отдохнем перед ночной прогулкой.

— Какой такой прогулкой? — всполошился Антошка.

— Думаю, ночью милиционер дырку не караулит.

— Да уж, — понимающе кивнул рыжий.

— А если бы собакой сторожили, то будку надо ставить, или кто-то такое, к чему цепь прикрепить. Ты видишь что-то похожее?

— Не вижу, — отозвался Антошка, — и следов собачьих нет, они бы отпечатались бы на земле — точно.

— Вот видишь, значит — идем сегодня. В полночь...

— А... Э...

— На последней электричке вернемся домой, — тоном не терпящим возражений сообщил Витёк. — Успеваем.

— Но я...

— Ты же сам сказал — нет собак, — хитро сощурился Андронов. — Значит — решено!

 

***

Смеркалось. Мальчишки прямо-таки крались по дорожке, что те индейцы из книжки, у которых в каждой главе в самые неподходящие моменты под мокасинами хрустели сучки. В Подмосковье под кроссовками ничего пока не хрустело, чему ребята оставались несказанно рады. Память о дневных догонялках с милицией была свежа, и больше играть в такие догонялки не хотелось.

— Темно, не видно ничего, — пожаловался Антоха.

— Ты ж там не книжку читать будешь, — страшным шепотом отозвался Витёк.

Антоша содрогнулся, попросил тихо:

— Ты со мной так не говори в темноте. И без того не по себе, а у тебя еще голос как у вампира голодного.

— Вампиры это интересно, — тут же зашептал зловеще Витёк. — Может, они в артефакте живут? Тут была история одна. Пошли черные археологи артефакт исследовать, расположились себе, поковырялись, не пролезть внутрь...

Витёк сделал паузу, поглядел на Антоху. Тот слушал, как завороженный, с затаенным испугом в глазах. Андронов ухмыльнулся тихонько и продолжил:

— И решили они тогда артефакт взорвать. Готовят динамит, а тут смеркаться началось. А один археолог решил сходить побрызгать. Вот он отошел в сторонку, встал от артефакта по правую сторону, во-о-он там, видишь, где кусты? Вот встал он там, только хотел отлить, а тут, откуда ни возьмись, странное существо. Не зверь, не человек, пасть зубастая, с зубов ядовитые слюни стекают, а зубы как сабли. Смотрел «Чужие»? Вот такой же урод, только разговаривает по-человечески.

Антоха зябко передернул плечами и покосился на кусты. В сгущающейся темноте корявые растопыренные ветви кустов выглядели страшно.

— Все ты врешь. Да ты про черных археологов только сегодня днем узнал, а туда же! Лгун! — разоблачил приятеля Антон.

— Может, вру, — загадочно ухмыльнулся Витёк. — А может, и нет. Зато ты не знаешь, что чудище черному археологу сказало.

— И что оно ему сказало? — Любопытство оказалось сильнее.

— Оно сказало, что они, уродцы, значит, прилетели сюда с далекой планеты. А на той планете живут вампиры. Вампиры там высшая раса, а уродцы у них в подчинении. Уродцы летают по другим планетам и ловят людей. И отвозят их вампирам, потому что вампиры голодают, если их не кормить теплой человеческой кровью. И теперь уродцы добрались до Земли. Они очень рады, что нашли нашу Землю, потому что здесь много людей и вампирам будет, что поесть в ближайшие десять лет. А то и дольше. И уродцы пообещали не трогать черных археологов, если те уйдут, и не будут мешать сажать людей в клетки и отсылать на далекую планету, как еду для вампиров. Поэтому-то археологи и не смогли взорвать артефакт. Они собрались, забрали свой динамит и уехали оттуда подальше.

— Вот теперь ты точно врешь, — расслабленно рассмеялся Антоша, хотя смех получился несколько натянутым, а сам парнишка все время косился на пугающие кусты. — Археологи артефакт, взрывали, и взрыв бабахнул, только на артефакт не подействовало, потому что артефакт из очень прочного, не известного на Земле, материала. Это мне папа рассказывал. Так что ты все врешь!

И Антон уверенно двинулся вперед, хотя от кустов старался все же держаться на расстоянии. Виктор пошел следом.

В сумерках артефакт выглядел мрачно и даже загадочно страшновато. Витёк пытался идти тихо, чтобы не привлечь внимание милиции. Хоть зловредный сержант и ушел куда-то, но никто не мешал ему вернуться, или ходить где-то поблизости.

Подойдя к холму, Витёк опустился на колени, спросил шепотом: — Ты отверстие видишь? Здесь где-то было.

— Пошли отсюда, — заканючил Антон. — Домой пора. Темно уже. Вон твоя дыра.

— Сам вижу, — огрызнулся Витёк. Он и в самом деле нашел отверстие и убирал из него теперь банки из-под пива и прочий мусор, накиданный любознательными туристами.

— Витьк, поехали, — продолжал гундосить Антоша. — Завтра контрольная по математике.

— Не шуми, — Витёк снял со спины рюкзак и отстегнул ремешки. — Все равно электричка через пол часа только. Успеем еще.

— Ага, успеем, а если опоздаем... ааааййй!!!

Последнее «ай» было настолько громким, что Андронов обернулся, собираясь отругать приятеля, даже рот раскрыл. Да так с открытым ртом сидеть и остался.

Антоха изогнулся в неестественной позе, с перекошенной физиономией. За спиной одноклассника стоял давешний милиционер и держал пацана за ухо. Это оттянутое ухо объясняло и неестественную позу, и перекошенную моську.

— Добрый вечер, молодые люди, — с не предвещающим ничего хорошего спокойствием сообщил сержант. — Посмотрели на местные достопримечательности? Теперь прогуляемся до гостиницы.

— До какой гостиницы? — вяло поинтересовался Витя.

— До отделения, — вежливо объяснил мент.

— Хорошо. А домой нас на такси отправите, или как? — Угрюмо спросил Витёк, ему не хотелось канючить и умолять, поэтому он решил держаться с мрачной грубоватой уверенностью в себе и своей правоте.

— На такси? — усмехнулся представитель службы охраны порядка. — Ну, ты даешь!

— Последняя электричка уйдет через десять минут. А Вы за нас отвечаете! — почувствовав, что выбрал верный тон заявил Андронов.

— Я что, отвечаю за каждого хулигана?

По тому, что Антоха успокоился, можно было сделать заключение: ухо удерживается чисто формально...

— Во-первых, да, за каждого несовершеннолетнего хулигана Вы отвечаете. А во-вторых, мы не хулиганы, у нас срочное дело с артефактом.

— Да ну?

— Мы со станции юных техников. Строим радиоуправляемые машинки. И будем обследовать артефакт изнутри с их помощью. А у него, — Витя кивнул на приятеля. — Отец вообще ученый. Это он занимается разработкой артефакта. Вот!

Витя не удержался от последнего «Вот!», а в остальном экспромт удался на славу.

— А как вы врете, что тогда? В отделение до выяснения, вот что.

— Прекрасно, — совсем уж нагло заявил Витёк. — Тоша, дай ему свой домашний телефон, пусть отцу твоему позвонит и проверит, тогда мы точно на такси домой поедем.

От этой недетской уверенности и властности растерялся бы кто угодно. Милиционер отпустил Антоху, но Витёк не спешил сматывать удочки.

— И что... Машинки... Радиоуправление... — Жаль, в темноте пареньки не могли рассмотреть растерянную физиономию представителя правопорядка.

— Мы проверяли, подойдет ли стандартная модель класса один к шести для обследования.

— Модель? А покажите-ка модель, интересно!

Милиционер некоторое время освещал фонариком машинку, осматривая ее со всех сторон.

— Да, самоделка, — хмыкнул он, переменив тон, — я видел такие. Рулевые машинки... Да...

— Дядя милиционер, у нас последняя электричка, — напомнил Антон.

— Да, бегите, конечно... А оно... Влезает? — Последний вопрос прозвучал уже вслед спинам убегающих мальчишек.

— Там две машинки развернутся, — притормозив для ответа, крикнул Витёк и помчался дальше.

 

Глава вторая

Станцию Юных техников ребята меж собой называли клубом. Да, здесь занимались техническим творчеством: изготавливали модели самолетов, автомобилей, судов. Но клуб стал еще и местом встречи друзей, сюда приходили пообщаться. Заслуженные члены клуба, старшеклассники и, даже, вполне взрослые люди, праздновали в помещении клуба победы на соревнованиях, справляли тут дни рождения — «сухие», кстати. Да и просто так заходили, как было время и настроение. Но сейчас, в часы, отведенные занятиям по расписанию, в клубе находились только ребята. Каждый что-то мастерил. Самые маленькие — неуправляемые модели, те, кто постарше — на радиоуправлении. Всеобщим увлечением были самолеты.

Их модели красовались тут и там: у самого потолка те, что завоевывали призы в прошлые годы, на шкафах, подоконниках — рабочие лошадки, участники текущих соревнований. Не только короли моделизма — изделия класса F3a — пилотажки, способные выполнить все те фигуры, что и асы на настоящих самолетах, и даже то, что тем не под силу. В почете и кордовые, и планеры, и самолеты-копии.

Вот на почетном месте фанфлай — буквально «фанат полета» — забавный самолет с огромными рулями управления. На них ставят мощные моторы — и творят та-акое! Можно висеть практически неподвижно, почти как вертолет, или выполнить полет «на ноже» — вниз крылом. А суперпилоты ухитрялись «летать» на фанфлаях даже задом наперед! Жаль, нельзя на таком просто рвануть, или пройти каскад фигур высшего пилотажа — это чудо попросту развалится.

А на столах — то, что в работе, будущие конструкции-чемпионы. Весь производственный процесс — на виду. Бальса, пластик, моторы, винты... Делали и автомобильчики, и кораблики, последние — редко. Потренироваться в пилотаже можно на поле в километре от клуба, испытать автомобильчик — хоть во дворе, а где у нас ближайший водоем? Километров пять до водохранилища. Да и соревнования для водоплавающих редки в нашей сухопутной местности.

И все же Витёк решил изготовить судно. Так, для порядка, потом подвесить дома на веревочках — красиво. Но сначала насладиться гонками на водохранилище. Корпус он уже изготовил, дело нехитрое. Кто-то из предков выстругал когда-то в далеком прошлом деревянную матрицу. И каждый мог теперь быстренько сбацать корпус корабля: несколько слоев стеклоткани с эпоксидкой, кусочек уменья, толика аккуратности, да подождать, пока прихватит — и остается только зашкурить! Сейчас нужно было очень аккуратно просверлить дырочки под винты. Тонким сверлом — сквозные, затем сверлом с диаметром, равным шляпке винтика — зенкуем на пару миллиметров. Чтобы все было аккуратно!

— Витёк, здорова! — голос оторвал от требующей аккуратности работы. Андронов поднял голову и улыбнулся. Перед ним стоял Мишка Лепехов. С Мишкой они были знакомы давно. Познакомились в клубе. Только последние недели Лепехова видно не было. Болел что ли?

— Привет, — протянул руку Витя. — Ты где пропадал? Болел?

— Да, было дело, продулся, простудился. У тебя как дела?

— Здорово! — радостно заявил Витька. — Я вчера к такой штуке ездил.

— Как штуку зовут? — подколол Лепехов. Мишка был на пару лет постарше, и шутки у него приобретали двусмысленность и скабрезность, которыми болеют все мальчишки в возрасте 15-17 лет. Андронов подколки «не понял».

— Там артефакт. Не далеко в лесу, — сбивчиво принялся говорить Витя. — Помнишь, по телеку про него говорили? Так это не треп, он и вправду там есть. Я в него с машинкой попасть пытался... И Витька рассказал о вчерашних похождениях. Лепехов слушал, не перебивая, а Витёк говорил все увереннее и увереннее, уверенности придавало и то, что Лепехов верил всему, что он говорит, и то, что постепенно вокруг него собрались другие члены кружка. А ведь и собрались, и слушали внимательно.

— Врешь! — подытожил Толстик, когда Витёк закончил рассказ.

Витя хотел ответить, но не успел: в дверях появился тренер. Начальство не опаздывает, оно — задерживается. Один из мелких — первогодок — Санек, бросился, было, с вопросом к Валерию Павловичу, но остановился на полушаге-полуслове. Потому что с Валерием Павловичем в клуб вошел незнакомый человек, осторожно так, озираясь. Не как хозяин: так ходят разные там представители ЖЭКа и прочие, считающие себя большими начальниками. Незнакомец озирался и никак не мог найти места, где бы встать. Как родитель, коего родной ребенок впервые привел на станцию юных техников.

— Здравствуйте. У нас необычный гость, ребята! — В голосе Валерия Павловича явилась некая торжественность, точно как на объявлении результатов соревнований. — Семен Семенович, ученый, занимающийся с другими, такими же как он, людьми, тайнами неизведанного, неопознанного. Летающими тарелками...

Тренер запнулся, и был тут же ошарашен Толстиком:

— Он с двадцать пятого института на Военке, что ли? Который за НЛО следит?

— Нет, я не военный, — подал голос гость, — мы самостоятельная организация, занимающаяся уфологией и не только...

— Охотники за привидениями? — Не удержался Витёк.

— Кое-кто занимается и этим.

— А Вы чем занимаетесь? Кого ловите, если не тарелки и не привидений? Вампиров?

Ребята захихикали.

— Мы ловим артефакты...

Клуб разом затих, ребята затаили дыхание. Семен Семенович, не ожидавший такой реакции, растеряно обернулся к тренеру в поиске поддержки.

— Вы, конечно, знаете, ребята, — нашелся Валерий Палыч. — что в нашем районе найден самый большой артефакт, не какой-нибудь там каменный шарик в два метра, а некое сооружение более ста пятидесяти... Как Пирамида Хеопса среди других артефактов. И вот, ученые предложили нам, моделистам, присоединиться к исследованиям таинственного объекта...

— Радиоуправляемыми моделями! — закончил за Валерия Павловича Толстик.

Взрослые дяди уставились, полуоткрыв рты, на мальчика.

— А Витёк уже все обследовал. В тоннеле две модели один к шести развернутся! — Объяснило Самое Толстое Существо, которое еще пять минут назад не верило ни единому слову Андронова.

— Ты... Уже обследовал? — Валерий Павлович повернулся к Витьку.

Подростку показалось, что все происходящее — сказка, фэнтези. Или он был во всем прав, и все — наяву?

— Хорошие идеи приходят одновременно в разные головы! — Витёк пожал плечами.

— Да, и что мне теперь говорить? — Семен Семеныч даже присел.

«Куда же он? Там ведь ножка еле держится. Тоже мне, Семен Семеныч! Прям — «Бриллиантовая рука»! Или «Невезучие» — подумал Витёк. Судя по похихикиванию ребятни, ассоциация с героем старой комедии пришла в голову не ему одному.

— Вам лучше пересесть, — поймал под локоть уфолога тренер, вот сюда.

— А расскажите нам об артефакте! — Нашелся Витёк, поймав несколько уважительных взглядов от ребят. Да, сегодня он — Самый Умный!

— Артефакт открыли год назад, случайно, — ученый благодарно взглянул на Витю, спасибо, мол, за вопрос, — все началось с того, что некоторые водители ленились довозить мусор до свалки и вываливали его по дороге. Как раз у холма. Шоссе ведь рядом. А потом местное начальство, увидев это безобразие, велело эту самодеятельную помойку ликвидировать. Начали загребать мусор бульдозером, да захватили часть земли — что б подчистую. И ковырнул ковшом за наш артефакт. Как по железу. Вылез водитель, посмотрел, что такое странное обнажилось, начал затылок чесать. Рабочие тоже смотрели, тоже затылки чесали, потом начальство позвали — тоже почесать...

Ребята заржали. Семен Семеныч оказался прост и доступен!

— А потом туда разные ученые приезжали, даже академики. Все говорили о необходимости исследования удивительного объекта, но вот денег на это самое исследование никто не дал. Военные тоже посмотрели-посмотрели — да отвернулись. Единственными, кто чуть позанимался Артефактом, оказались химики. Но они быстро потеряли интерес: таинственное вещество показалось почти знакомым. Очень близким к натуральному шелку, полимер, только нити как бы переплелись в сплошную массу.

— А разве шелк прочный?

— Куда прочнее стали. Шелковая нитка тонкая-претонкая, а какую нагрузку выдерживает! На единицу сечения — куда больше, чем любой материал, изготовленный людьми.

— А паутина, говорят, еще сильнее!

— Да, паутина еще прочнее, — согласился Семен Семеныч, — но вещество Артефакта ближе к шелку. И это один из факторов, играющих на идею обследования объекта с помощью радиоуправляемых роботов. Ведь шелк легко проницаем для радиоволн. По причине отсутствия электропроводящих и магнитных составляющих.

Витёк поймал себя на том, что вообще не подумал будет ли внутри артефакта радиосвязь. Эх, вот взрослые дяди — подумали!

Семен Семеныч тем временем продолжал говорить, и с каждым словом речь становилась все более эмоциональной. Глаза ученого блестели, как блестят у маленьких детей и людей одержимых большой идеей:

— Теперь устройство объекта. Внешне он повторяет форму холма, диаметр по кромке земли — сто шестьдесят метров, высота в холке, — раздался новый взрыв хохота, но уфолог его уже, казалось, и не заметил, — шесть метров. На сколько уходит под землю — неизвестно, но не менее чем на метр точно.

— Откуда знаете? — пискнул кто-то из мелких.

— Знаем, — улыбнулся уфолог. — Копали.

Ультразвуковое исследование показало, что внутри артефакта множество ходов-туннелей, их диаметр около сорока сантиметров. Есть наружный вход в систему этих туннелей. Какую-то карту составить пока невозможно... Да, и еще. Почему-то в туннелях не завелась никакая живность — не мышей, ни прочего. Сначала испугались радиоактивности, но — нет, померили — норма. Для начала — хватит, — закончил лекцию уфолог.

— Все просто, — тут же подхватил инициативу Валерий Павлович, — мы ставим на наши модели фары и видеокамеры, и запускаем внутрь. В поисках участвуют только модели с задним ходом.

— А остальные? — Спросил один из мелких.

— Остальные могут смотреть.

— Ура!! — Закричали ребята.

— А когда, когда отправимся? — Спросил Витёк.

— Если оборудуем хоть одну машинку — то завтра — на рекогносцировку.

«Какое трудное слово!» — подумал Витёк, а вслух сказал:

— До завтра фары поставим. А вот камеру... Где камера-то? Хоть взглянуть...

— Пока видеокамер нам не выделили, но обещают. Зато дали попользоваться сотовым телефоном со встроенной видеокамерой. Вот, — тренер извлек из кармана какой-то супер-пупер мобильник.

— Я друга захвачу с собой, — сообщил Витёк. Разрешения спрашивать не стал. Куда теперь им, взрослым, без него?

 

***

Фары к моделям прикрепляли в штурмовом порядке. Младшие уже разошлись по домам, остались только заинтересованные лица. Решили, что нужно, по минимуму, два автомобильчика, один предоставил Витёк.

Суперклей схватывает быстро, вот только держит так себе, но выхода нет. Проводки к аккумулятору, так, светят лампочки, не ахти, но для сельской местности — сойдет. Теперь телефон... Тренер предложил медицинский лейкопластырь, с телефонами ведь нужно поаккуратней, ими еще пользоваться будут потом.

Мобильник — верхом на машинке, весь обмотанный лейкопластырем — напоминал тяжело раненного, следующего в медсанбат. О чем Витёк незамедлительно и поведал окружающим.

— Да, есть что-то, — согласился Валерий Павлович, — как бы мы его не ранили сейчас взаправду!

— Свет выключаем?

— Давай. Только сначала наладим связь между телефонами.

При погашенном свете — первое разочарование: фары на машинках били совсем слабо, сантиметров на десять вперед, не дальше. «Были бы желтые, лучше!» — подумал Витёк. Но других фар не было. Ведь обычно фары на моделях не более чем декоративный элемент, ночных гонок автомоделей еще никто не устраивал...

— А что, ничего, — заявил Валерий Палыч, уткнув нос в экранчик второго телефона.

— Он с усилителем! — Воскликнул Толстик, едва ему удалось просунуть нос между тренером и телефончиком.

— Давай вперед, Витёк, — скомандовал Валерий Павлович, — просто подтолкни поближе к столу.

— Исполнено, — отозвался Витёк тоном «Исполнителя желаний» из фильма.

— Ага, вот и ножка показалась, — прокомментировал Толстик.

— Ну, дайте же и мне посмотреть! — вклинился Витёк.

Ему дали, но всего на несколько секунд.

— Двенадцатый час, пора закрываться. Быстро ставим аккумуляторы на зарядку, и ко мне в Ниву, — распорядился тренер.

— Да мы сами дойдем, — отмахнулся Толстик.

— Нет, поздно, мало ли что. Довезу каждого до подъезда, — настоял Валерий Павлович.

 

***

Выехали на другой день после обеда. Антон в кругу незнакомых моделистов робел, потому все больше отмалчивался. Зато Витёк трещал за двоих даже за троих. Его переполняла бурная радость, которой хотелось поделиться со всеми.

В голове возникали некие радужные картины. Его модель, обязательно его, Пробирается внутрь артефакта и достает оттуда самый важный, сенсационный материал. Какой именно материал — Витя представлял себе плохо, но перспектива всемирной славы уже затмевала глаза, ослепляла и грела, как весеннее солнышко. Витьке даже стало жарко. Не то — от такой перспективы, не то — от солнца, что нещадно жарило сквозь окно электрички. Парень полез открывать окно. А когда повернулся, чтобы сесть на место, там, нагловато улыбаясь, уже сидел Толстик.

— Витяй, у твоей — задний ход есть?

— Умеет, — кивнул Витёк. — Сдвинься чуть-чуть, я сяду.

— Не беспокойся, Козлодоев, сядем усе, — довольно процитировал Толстик и рассмеялся. К краю сидения он тем не менее сместился. — Так я про машинку. Моя, та, которая с задним ходом, сейчас не на ходу. Может свою уступишь, а то страсть как хочется в холм залезть первым.

От подобной наглости Витёк даже закашлялся, слова застряли где-то поперек горла, и Андронов застыл с глуповато раскрытым ртом. Зато нашелся Антон:

— С ума сошел! — тонким звенящим от возмущения голосом вскрикнул он. — А мы?! Мы тоже хотим... первыми.

Толстик гневный вопль Антохи пропустил мимо ушей, повернулся к Вите, поглядел на того удивленно. На Витька же вопль приятеля подействовал отрезвляюще, он зашевелился и рот закрыл.

— Это кто такой вообще? — теряя остатки улыбки поинтересовался Толстик.

— Это Антоха, мой друг и одноклассник. Это с ним мы к холму ездили. Его отец ученый из тех, которые артефактом занимаются.

— Так машинку не одолжишь? — будто не слыша последней фразы, повторил Толстик.

— Не одолжу, у меня ж она одна.

— Ладно, — подытожил Толстик. — Как знаешь.

Он встал поглядел на Антошку и нехорошо улыбнулся:

— Антон, говоришь? Антошка-картошка. Рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой.

Антоха начал краснеть, наливаться цветом. Кулаки сжались так, что костяшки пальцев побелели. Мальчишка начал подниматься, но Витёк взял товарища за плечо, усадил на место:

— Слушай, СТС, — обратился Витёк к Толстику, которого за глаза называли Самым Толстым Существом. — Тебе чего делать нечего? Кончай цепляться и катись колбаской.

— Ладно, — повторил, еще более зловеще ухмыляясь, Толстик. — Как знаешь.

Сказал и тут же усвистал куда-то.

— Ты с ним в драку лезть не торопись, — начал наставление Витёк. — У вас весовые категории разные. И потом он постарше тебя будет.

— А он кто? — обиженно поинтересовался Антон.

— Толстик? Самое Толстое Существо, — засмеялся Витёк. — А если серьезно, то в общем парень не плохой, но вредным бывает, задирается и нахал страшный. А так... модели у него хорошие получаются, он даже в соревнованиях побеждал.

— Ты тоже в соревнованиях побеждал, — ревниво сообщил Антон.

— И чего? Мало ли кто где побеждал. У нас сейчас другое соревнование. Правда, грамот и призов за него не дадут, но зато — интересно же.

Витя был щедр. Он уже чувствовал себя победителем, а победители люди не жадные. Им плевать на грамоты, призы и прочие звания. Они тешатся в лучах славы. И Витя тешился, хотя никакой славы пока не было.

 

***

Из электрички вываливались всей толпой. Шумно и весело. На платформе уже ждал уфолог Семен Семеныч.

— Здравствуйте, коллеги, — официально поздоровался он.

Здесь вне стен СЮТа Семен Семеныч чувствовал себя уверенно и спокойно. Здесь он был хозяином. Знающим все, понимающим все гостеприимным хозяином. А мальчишки, хоть и назвал их коллегами, все же только гости. Витя сразу заметил эту перемену, и она пришлась по вкусу! Ведь всегда лучше работать с уверенным в себе человеком, нежели — с мямлей.

А уфолог спокойно шел вперед и говорил не замолкая:

— Сегодня от вас много не требуется, попробуем запустить несколько машинок, потренироваться с управлением внутри артефакта, посмотрим как машинки смогут развернуться внутри. Потом пробный заезд с камерой сделаем. Придумали — как мобильный телефон можно закрепить?

— Здравствуйте!

Последнее «здравствуйте» было обращено к милиционеру со щипцами, тому самому, с которым Антоха и Витёк познакомились два дня назад. Милиционер кивнул уфологу, а потом со смесью удивления и уважения поглядел на мальчишек. Видимо когда отпускал их ночью так и не поверил до конца. Витёк тоже солидно кивнул сотруднику милиции, а Антошка даже вспискнул «Здрасте», правда настолько робко и тихо, что сержант кажется не услышал. Вслед за милиционером появился и артефакт.

У холма шла возня. Ученые, подумал Витёк. Однако ошибся, у холма возились шестеро разновозрастных ребят. Младшему было не больше десяти, старшему Витя дал бы лет семнадцать.

— А это кто там? — опередил Витька с вопросом Толстик.

— А это Ваши коллеги, ребята из клуба моделирования Стахановского района. Они тоже помогают нам с артефактом. Разбирайтесь, знакомьтесь, готовьте модели. Через час попробуем забраться внутрь.

Уфолог обвел полянку хозяйским жестом, мол, будьте как дома, и ушел.

— Располагайтесь, ребята, — дал команду Валерий Палыч. — А я пойду с Семеном Семеновичем обговорю детали. Справитесь?

— Справимся, — нестройным хором отозвались юные техники, отпуская тренера.

— Вот еще нам стахановских не хватало, — сварливо пробормотал Толстик, когда взрослые оставили их готовить модели к борьбе с артефактом. — Сами что ль не справились бы?

— Не скрипи, — добродушно откликнулся Витёк. — Вон один из них знакомится идет.

— Волосатый, — хихикнул мелкий Санек. — Как хиппи.

— При чем тут хиппи? — Цыкнул кто-то из ребят.

Все как-то сразу забросили машинки, приподнимались с мест, сбиваясь в кучу.

А «волосатый хиппи» подошел ближе.

— Привет! — поздоровался чужак звонким голосом и Витя с удивлением отметил, что это никакой не хиппи, и, вообще, никакой не парень, а девочка. — Вы из Чистых ключей, из клуба? Да?

— Да, — кивнул Витёк.

— Здорово. А мы из Стахановска. Будем вместе с артефактом работать.

— Девчонка, — презрительно скривился Толстик.

— Девочка, — поправил молчавший до сих пор Антошка.

— А ты вообще молчи, — огрызнулся Толстик. — Рыжий-конопатый. Девчонка моделистом быть не может.

— Почему же это не может? Очень даже может, — в глазах девочки блеснула обида. — Кстати, меня Жанной зовут.

Толстик рассмеялся и пропел гнусаво, подражая эстрадному певцу:

— Стюардесса по имени Жанна, обожаема ты и желанна...

И снова обидно рассмеялся. Жанна побледнела, глаза ее заблестели от злости. Обид эта девочка видно не прощала, а обижали ее, судя по всему, часто. Потому что девчонка не может быть моделистом. Странно улыбаясь, Жанна приблизилась к Толстику. Тот тоже улыбался, не понимая, чем вызвана улыбка девчонки.

Все произошло мгновенно. Никто из ребят не заметил что случилось, а только что-то хлестко шлепнуло, и Жанна уже без улыбки пошла прочь, а Толстик остался стоять потирая щеку, на которой отпечаталась девичья ладошка. Вид у Толстика был настолько ошарашенным, что ребятня, осознав комичность ситуации, развеселилась.

— Вот тебе и стюардесса, — озадаченно пробормотал Толстик, потирая щеку. — Какая ж это стюардесса, это — Жанна Д’Арк в натуральном виде.

Ребятня веселилась пуще прежнего, и только Витёк сохранил серьезу:

— Дурень ты, СТС, — сказал он тихо, так чтобы слышал только тот, к кому обращается. — Нам со стахановскими работать вместе, а ты ссору затеял.

 

***

Со Стахановскими с этого момента почти не общались. Переглядывались сухо и с нелюбовью. Впрочем все это продолжалось недолго, ровно до того момента, как начался первый запуск. Здесь все обиды забылись и ребятня столпилась у лаза в артефакт. Взрослые смешались с подростками. Здесь все были на равных и ребята, и тренер и уфолог и подошедший милиционер со щипцами. Валерий Палыч взял инициативу в свои руки, ребят пока к модельке не подпускал.

— Покрепче ее за хвост привязать надо! — Комментировал Толстик последние действия Валерия Павловича.

Вся натура Витька протестовала, так и хотелось воскликнуть: «У меня же есть задний ход!», но подросток молчал. Тренер лучше знает. Если решил привязать длинную веревку к заднему бамперу — так тому и быть. Машинка может сломаться, а веревкой ее завсегда вытащить просто.

— Мы готовы, — сообщил Валерий Павлович, обращаясь к уфологу.

— Изображение есть! — отозвался Семен Семеныч.

«Еще бы ему не быть» — подумал Витёк, — «на свежем-то воздухе!».

— Поехали?

— Поехали!

Большинство ребят пропустило торжественный момент проникновение детища родниковской СЮТ в неизвестное. Ведь машинку просто вложили в начало тоннельчика. Фары и телефон с видеокамерой включены, что теперь.

— А что, вроде неплохое изображение, вот туннель темнеет впереди, прямо по курсу, вот окурки валяются...

Витёк сунулся к экранчику второго сотового, на который шел сигнал с видеокамеры прикрепленного к машинке мобильника. Толстик уступил ему позицию возле Семена Семеныча без спора. Ведь Витёк сейчас — пилот формулы Артефакт-1, у него же в руках пульт управления!

— Давай чуть вперед, сантиметров десять, — скомандовал Валерий Павлович. Он даже ни разу не взглянул на экранчик. Ведь и так все видно, если стоишь у дырки! И красный зад модельки под рукой — можно хоть пальцами вытащить.

Витёк тронул ручку на пульте, ласково так, чуть-чуть. Машинка ведь рассчитана на гонки, а продвигаться по сантиметрам — нужен навык.

— Стоп. Нормально, — почти выкрикнул Валерий Павлович, — как там изображение, Семен?

— На удивление хорошее. Окурки можно рассмотреть в деталях. Вот даже зажигалка валяется вдалеке.

— Может, еще вперед? — спросил Витёк.

— Давай, давай! — донеслось от ребят, что стояли рядом.

— Ну, по просьбе публики, давай на полметра, и — хватит. — согласился Валерий Павлович.

— Семен Семеныч, телефон бы мне поближе, — попросил Витёк.

— А, ну да, конечно, — засуетился уфолог. Будто сразу не было понятно: пилот должен видеть!

Витёк впервые вел модель, ориентируясь на экран. Еле-еле трогая рукоятку джойстика. Непривычно, прямо фантастика какая-та! Или компьютерная игра...

— Точно как на компе! — воскликнул Толстик. Ему пришла в голову та же мысль.

Два луча, исходя из фар, выхватывали из темноты пару овальных пятен. Сколько мусора! А впереди что-то странное: шерсть, какой-то бурый ком...

— Хватит, стоп! — Подал голос Валерий Павлович, — веревка кончается.

— А мы дальше и не проедем, препятствие, — закричал Витёк.

— Что такое?

— Похоже на дохлую кошку, — дипломатично сообщил Семен Семенович.

— Точно, я не смог ее вытащить, только дальше затолкал, — впервые за последний час подал голос милиционер.

— Что же, заканчиваем, — решил Валерий Павлович, — как изображение, удовлетворительное?

— Пока да.

— Тогда задний ход, пилот!

Витёк повернул ручки от души. Машинка газанула и вылетела задним ходом из дырки артефакта. Ловкий тренер успел поймать ее, и теперь держал на весу, за веревочку.

— Так вот зачем нужна была веревка! — сказал кто-то из ребят.

Витёк хотел было ответить что-нибудь резкое, но смешки зашелестели, пошли по кругу, пока не начали смеяться все и в голос. И вместо того, чтобы обидеться, Андронов предпочел посмеяться со всеми.

 

***

На обратном пути Витёк подсел поближе к взрослым. Никто не препятствовал, еще бы — пилот! Говорил Семен Семеныч.

— Итак, стоят две задачи: расчистить туннель изнутри, это просто. И снаружи, что на несколько порядков сложнее.

— Ну, дохлую кошку мы вытащим, удочка, леска, крючок... — Пожал плечами Валерий Павлович. — Можно вслепую, можно машинку завести, прямо у телекамеры подцепим крючком.

— Понятно. Но вот расчистка земли...

— А землю зачем? — не понял Витёк.

— Чтоб радиосигнал не сбивать. Земля экранировать будет, — коротко отозвался Семен Семенович.

— А почему бы не расчистить от земли весь холм? — предложил тренер.

— Но это громадная работа...

— А если собрать всех, которые тарелками и прочим интересуются, — воскликнул Мишка Лепехов, он до сих пор молчал, лишь внимательно слушал, — я слышал, одних добровольных помощников археологов у нас только по Москве не одна тысяча!

— Подать клич по столице? А ведь это идея... — Лицо Семен Семеныча прямо-таки просветлело. — Слушай, Палыч, давай-ка мы и вправду... Всех желающих на субботник пригласим!

— Гы-гы, — хохотнул мелкий Сашка. — Палыч!

И тут же получил беззлобный подзатыльник от Лепехова:

— Это для Семен Семеныча, а для тебя он Валерий Палыч. Понял?

— Понял, — Сашка потер затылок.

А Валерий Палыч молча улыбнулся и уставился в окно. Его отчего-то трясло. Может, проносящийся за окошком перелесок показался тренеру смешным?

 

Глава третья

— Утро благоприятствует! — произнес отец Антошки, открывая окно в электричке. От распахнутого окошка сразу подуло теплым мощным весенним ветром.

— Видишь, Витёк, как все хорошо складывается, и солнышко, и на небе ни облачка, и вон, смотри, сидят с гитарами и лопатами, — показал пальцем Антон.

— А ты думаешь, что они, — Витёк замялся, — копать артефакт?

— А куда же еще с лопатами? — удивился Антошка.

— На дачу, куда же еще?

— Экий ты Фома Неверующий! — засмеялся отец Антона, — копать они едут наш Артефакт, копать и раскапывать!

— Видите ли, дядя Вова, я слышал из компетентных источников... Короче, говорили, мол то, что по телевизору объявление давали — ерунда. И десяти человек не приедет. Нет у нас энтузиастов, — процитировал Витёк.

— Ну, десять человек уже в этом вагоне наберется. Я тех ребят, что возле дверей сидят, видел как-то в одном так называемом Гиблом Месте. Еле их тогда выпроводили. А справа от окна сидит Антуанетта, она ясновидящая, только оборачиваться не надо! У нее тоже лопатка, обратите внимание, аккуратно запакована в бумажный пакет.

— А разве ясновидящие... Копают?

— Они разные бывают, экстрасенсы-то, — улыбнулся Антошкин отец, — к тем, что деньгу заколачивает, народ дурит — бывает, на хромой козе не подъедешь. А иные подлинные дарования работают себе бухгалтерами какими-нибудь, да вот на встречи приезжают, к уфологам, к примеру.

Бородатый мужик за пару скамеек от ребят рассказывал собеседникам что-то интересное, яростно жестикулируя. Витьку казалось, что соседи разбирают полет — типичные «пассы» ладонями. Может, пилоты? Витёк прислушался.

— А эхолот показывал, что дно подымается. На самом деле это газы пошли со дна, когда их много, вода вокруг как бы закипает и лодка теряет плавучесть. Может — как засосать. Типа морское чудовище проглотило. А если кто курил — то и вспыхнет. Огнедышащий дракон проглотил лодку! На самом деле и дно на месте, и никаких Несси...

«Нет, это не пилоты» — подумал Витя.

— Смотрите, смотрите, сколько народа! — Воскликнул Антошка, указывая пальцем вперед по ходу поезда. — Да, наша остановка, пора сходить, — засуетился Витёк.

— Остановка «Артефакт», — рявкнуло из динамика сверху, — просьба не забывать лопаты!

На платформу вывалила толпа. Ребята, обгоняя народ, бросились наискосок. Витёк посчитал шаги, собираясь выяснить, насколько этот маневр выигрывал — и тут же забыл обо всем...

Что тут делалось! Многолюдье, многоцветье, многоголосье. Музыкант сказал бы: полифония. Или этот термин обозначает что-то другое? Говор, выкрики, музыка из бесчисленных магнитол — вот такая «акустическая атмосфера» вокруг.

Возле артефакта ребята оставили отца Антона, встретившего каких-то знакомых по прошлым подвигам. Надо было найти Валерия Павловича. У дырки, где ожидал его увидеть Витёк, тренера не оказалось. И Семен Семеныча — тоже.

— Может, опаздывают? — Предположил Антошка.

— Нет, они где-то рядом! Истина где-то рядом! — зловеще прошипел Витёк.

— Ага, экстрасенсы — это заразно. И у тебя — насморк... Экстрасенсический! — засмеялся рыжий.

— Экстрасенс не экстрасенс, а я всегда чувствую, рядом мои друзья, или нет. Вот увидишь, они уже здесь.

— Да, в такой тыще народу можно и затеряться, — согласился Антошка.

Витёк давно потерял счет встреченным лопатоносцам. Даже примерно не мог предположить, сколько их здесь. Несколько сотен — точно. А ведь еще и сверху кричат, руками махают. Вот что делает телевидение! Объявили по первому и московскому каналам — народ и понабежал! Некоторые ходили одиночками, не зная, куда приткнуться, но большинство держались группами, то из одной кучки, то со стороны другой слышалась музыка, бренчали гитары, кто-то пел хором. Молодые парни обнимались с девушками, даже целовались, не обращая внимания на окружающих. Окружающие тоже не обращали внимания...

— А эти — археологи, их сразу видно, — показал Антошка на группу молодых людей, возглавляемую бородатым мужчиной лет сорока.

— А почему видно? Лопаты свеже-заточены? — Витёк обратил внимание на блеск рабочего инструмента у большинства в этой группе.

— Гы... И по этому тоже. — Засмеялся рыжий. — Я их знаю.

— А это кто? — удивился Витёк. — Он чего, автографы раздает?

Молодой мужчина в обтягивающем черном костюмчике подписывал автографы тинейджерам, те плотно обступили его со всех сторон. Все юноши и девушки в этой группе были какие-то причесанные и приглаженные.

— Не знаю, писатель какой-нибудь, типа Лукьяненко или Перумова, — предположил Антошка.

— Не, не Лукьяненко. Я Лукьяненко по телевизору видел, когда Ночной дозор показывали. Он толстый и усатый, а этот — американец какой-то!

— Значит — Перумов!

На том и порешили.

— А эти, смотри, Витёк, это же телевизионщики!

— Прям...

Витя с сомнением оглядел странную пару: бравого молодца с преогромной камерой и молодую тетеньку с красной повязкой на рукаве.

— Девушку я точно видел по телеку. Это какая-та программа, «Инструкция», по-моему. Ишь, глазами вертят, жертву ищут!

— Какую жертву?

— Жертву интервью, вот! — Антошка задорно посмотрел на друга. — Хочешь стать жертвой? А то — организую!

— Витёк еще раз внимательно посмотрел на девушку. Телевизионщики уже выбрали группу колоритных ребят, одетых так, как будто они собрались на ролевые игры. Оператор расчехливал камеру, корреспондентша метала хищные взоры.

— Прям, как вампиры!

— А они и есть вампиры, — мгновенно отреагировал рыжик, — у кого интервью берут, тот долго болеет, а потом умирает...

— В жутких судорогах?

— А потом оказывается, что у мертвого трупа совсем не осталось крови!

Витёк засмеялся. Но к телевизионщикам подходить уже почему-то не хотелось...

Еще одна запоминающаяся картинка. Мужик — борода лопатой — в старинной, вышитой красным и золотом, рубахе до колен. В руках — квадратная рамка, не спеша шествует, за ним — человек десять, только рты не открыты! Рамка то туда, то сюда.

— Лозоходец, — прокомментировал Антон, — дело известное. В Красной Армии до войны даже инструкция была по этому делу.

— А чего тут с рамкой бродить, кругом ведь сплошной артефакт! — Пожал плечами Витёк. — Мне бы Валерия Павловича найти...

— А вон тот, толстый, но не усатый, — Антошка указал наверх, — он ведь из вашего клуба?

Витёк поднял глаза. Наверху стоял Толстик. Руками махал и что-то кричал. Ему, Витьке. Ну, не он нашел, так его нашли. Через пять минут ребят привели к тренеру.

— Где ты пропадал? — вопросом встретил Валерий Павлович. — Давай, пошли, будем рыбку ловить!

Витёк догадывался о назначении удочки, располагавшейся в руках Валерия Павловича. И какую именно «рыбку» он собирается ловить.

— Пошли, пошли, аккумулятор зарядил? — Да.

— Кстати, познакомься, это Доктор Саша, он кошечек-собачек лечит!

И Витькину ладошку потрясли в рукопожатии. Молодой такой Айболит, где-то его видел? И зачем он здесь? А... Кто-то усомнился, не померла ли кошка оттого, что залезла в туннель. Понятно! Эксперт, типа...

— Методика такова: я вставляю удочку, ты запускаешь машинку внутрь, и мы их поочередно продвигаем все дальше и дальше, пока не подберемся почти вплотную к препятствию, — выдал ЦУ Валерий Павлович. Все тренеры любят давать ценные указания, особенно в тех случаях, когда и так все понятно.

— Ну и крючок! — восхитился Антошка, узрев то, что красовалось у кончика удилища. Огромный, тройной, жуткий такой крюк. Он крепился на толстой леске, протянутой сквозь кольца через всю удочку, от катушки до дальнего кончика.

— Это акул ловить! — Заявил Толстик.

— Может, скажешь еще — крокодилов? — хмыкнул рыжий.

— Можно и акул, — подтвердил Валерий Павлович, — небольших таких, катранов. Но сейчас крючок понадобится для иной добычи. У тебя все готово, Витя?

— Фары не горят, проводок отвалился.

— Значит, плохо припаял!

— Паял хорошо, провод у самой пайки отвалился. Счас прикручу на скорую руку...

— Крути...

Витёк быстро и умело перекрутил проводки.

— Ну, вот — загорелись. Что еще?

— Телекамеру... Ну, телефон прикрепить, я сюда держалку примотал, чтобы вставлять и вынимать без проблем, — похвалился Витёк.

— Да вижу я, обычный держатель, как у меня в машине, кивнул тренер. — С одной стороны — правильно, а вот с другой посмотреть: а как отвалится? Чем доставить будем?

— Нужен какой-нибудь захват, — ответил Витёк.

— Металлическая рука, — добавил СТС серьезно.

— Как в передаче «Битвы роботов»! — Воскликнул Антошка.

— Эти «Битвы роботов» — дилетанты по сравнению с нами, — засмеялся Толстик, — уж если мы сдали бы робота — он всех американских бы побил запросто!

— Ты сначала придумай, как захват соорудить, простой и легкий, — рассердился Валерий Павлович.

— А что, там еще дохлые кошки есть? Их больше одной? — Удивился СТС.

— Рано или поздно, но какая-та из машинок сломается где-нибудь внутри, и ее придется вытаскивать. И, вообще, вдруг найдем там НЕЧТО...

— Да... — Протянули ребята хором.

— Ну, начнем, что ли? — и Валерий Павлович сунул в отверстие удочку.

Витёк тут же поместил в дырку машинку. Обе руки — на ручки передатчика. Честь держать второй телефон досталась Толстику.

— Изображение?

— Нормалёк!

— Я продвигаю удочку, — предупредил Валерий Павлович.

— Вижу, — буркнул Витёк.

— Видим, — уточнил Антошка.

— Важно, чтобы видел я, — огрызнулся Витёк, — поехали!

Машинка сдвинулась с места, уползая в темноту туннеля. Эх, как отсвечивает — солнце же вовсю палит! Цветное изображение на принимающем телефончике выглядит черно-белым, одни силуэты... Хуже всех приходилось Валерию Павловичу: он то заглядывал в туннель, то поворачивался к экранчику телефона, при этом удочка явно смещалась. Не поймал бы машинку крючком!

Вокруг начала собираться толпа. Любопытные норовили заглянуть в экранчик.

— Спокойнее, дяди и тети, экран у телефона маленький, на всех не хватит! — забеспокоился СТС.

— Еще десяток сантиметров — и стопорь! А телефон мне под нос. А то совсем голову сверчу! — Скомандовал тренер.

Для Вити наступила пора ожидания. Телефон отняли, машинка «на ручном тормозе», которого нет. Стой и жди!

— Не цепляется, — раздосадовано выкрикнул Толстик.

— Нужно терпение. Еще раз, — отозвался голос Валерия Павловича.

— Ну, опять соскочил!

— А мы еще раз! Вот, подцепил, теперь — подсекаю! Витёк, давай задний ход помаленьку!

Правая рука сама собой потянула ручку на себя. Малость, самую-пресамую. Помогала домашняя тренировка: Витёк не один час провел дома, двигая машинку по полу на особо малой скорости!

— Тянем-потянем, — комментировал Валерий Павлович, — тянем-потянем, вытянуть не можем... Тянем-потянем... Вытянули репку! Вынимай машинку.

Вслед за моделью из черной дыры показалось мертвое животное. Шлеп на землю! Валерий Павлович так и не дотронулся до него рукой, продолжая передвигать трупик с помощью удочки. Толпа вокруг сразу поредела. Что они, зеленого человечка на крючке ждали, что ли?

— И что теперь? — Задал Толстик вопрос куда-то в пространство.

— Теперь — путь свободен! — В восторге заорал Витёк.

— Нет, ребята, теперь — доктор Саша, — Палыч набрал номер на сотовом, — доктор, это я! Клиент готов, приходи!

Ветеринар явился уже через минуту, остатки зевак охотно дали ему пройти. Доктор Саша присел на корточки, перевернул кошку, действуя деревянной палкой.

— А он пульс щупать будет? — нарочито громко прошептал Толстик.

— Я уже и сердце прослушал. Виртуально, — живо откликнулся Доктор Саша, — а теперь произвожу экстрасенсорное патологоанатомическое исследование!

— Круто, — СТС почувствовало себя битым.

— Ну и? — Спросил Валерий Павлович.

— Да, да, нашим зрителям тоже интересно!

Витёк поднял глаза. Телевизионщики! Ну, теперь они и у Валерия Павловича всю кровь выпьют...

— Программа «Москва, инструкция пользователя», — представилась молодая симпатичная девушка, а над дохлой кошкой нависла огромная, явно профессиональная телекамера, — расскажите, что это такое? Ведь Вы только что извлекли это изнутри артефакта?

— Нашей задачей является определить, от чего наступила смерть животного, — не растерялся Доктор Саша, смело заглянув в глаз телекамеры.

— И каковы первые выводы? — девушка-корреспондент казалась абсолютно серьезной. Витёк не раз смотрел эту передачу, там порой отчаянно хохмили. Придуривается, небось?

— Смерть животного наступила до того, как труп затолкали во входное отверстие Артефакта, — безапелляционно заявил Добрый Доктор Айболит.

— Вот как?

— Это подтверждается, во-первых, положением, в котором окоченел труп, оно не соответствует форме туннеля. Во-вторых, мы видим здесь обширные раны, нанесенные клыками, предположительно собачьими. Запекшаяся кровь на шерсти. При этом следов крови в туннеле Артефакта не обнаружено, следовательно, кровотечение прекратилось еще до того, как туда, внутрь, попало животное. Вывод: смерть животного наступила от причин, к коим Артефакт отношения не имеет, и мы...

— И мы так сразу не умрем, его раскапывая? — Закончила за Доктора девушка-корреспондент. — Большое спасибо за интервью. Передачу вела...

Вслед за ушедшими телевизионщиками разошлась и толпа, оставив моделистов наедине с дохлой кошкой. Доктор Саша все не успокаивался, переворачивал трупик.

— Все-таки есть кое-что необычное. Обрати внимание: нет личинок мух. Если их нет, то это либо внутренность артефакта их все-таки уничтожает, либо туда почему-то не залетают мухи, чтобы отложить яйца. В любом случае я бы не советовал, все-таки, туда совать руки.

— Да туда каких только приборов не совали, — пожал плечами Семен Семеныч, молча наблюдавший сцену с кошкой, — ионизирующее излучение, то бишь радиоактивность — норма, ядовитых газов нет, напряженность электрического и магнитного полей... Да все в пределах нормы.

Витёк только заметил, что Антошка ему подмигивает. Заговор! Ну да, пока взрослые заняты разговорами, почему бы и не запустить туда машинку? Ведь препятствия больше нет!

Подумано — сделано. Витёк включил телефоны и фары, модель привычно полезла в черную дыру. Антошка держал телефон. Толстик тоже сидел рядом, но помалкивал, явно вступил в заговор. Теперь — вперед! Правая ручка — от себя!

— Э, ребята, что-то вы не то задумали. Исследование должно быть плановым! — наконец-то среагировал Валерий Павлович.

— А я недалеко, чуть-чуть, метр, ну два вперед...

— Стопорь машинку, ты что, с ума сошел? — разорался Палыч. — А застрянет без страховки — как будем вытаскивать?

— Удочкой, — хихикнул Толстик.

— А где вторая машинка, чтобы удочку направлять? Где твоя машинка, парень? Все никак не поменяешь спид-контроллер?

Витёк прекрасно знал проблему Толстика. Тот поставил на модель автомобиля спидак от пилотажки. Спидак, а правильно сказать спид-контроллер — это такой регулятор скорости, электронное устройство, находящееся между аккумулятором и двигателем, оно управляется по радио с пульта. Фишка в том, что спидаки для моделей автомобилей, даже самые примитивные контроллеры, со ступенчатой передачей, имеют задний ход,. Три скорости вперед, три — назад. А спидакам, сделанным для самолетов, задний ход не нужен. Даже если на пилотажке стоит дорогой электронный контроллер. Вся проблема: заменить спидак, да нет лишнего, надо в Москву прокатиться, купить. Опять же деньги, и немалые. Ох... Витёк не заметил, как проехал еще какой-то участок. Туннель поворачивал вправо. Мальчик привычно повернул левую ручку, изображение на экранчике отобразило поворот.

— Да стой же ты, задний ход! — Валерий Павлович не только орал, но и махал руками.

— Раз заехал, пусть постоит, посмотрим, что там дальше, — резонно заметил Семен Семеныч, — это что же, дальше дорога раздваивается?

Теперь и Витёк осознал: два темных пятна на экране означают раздвоение тоннеля. Ничего себе! А вдруг там — лабиринт?

— А мне можно посмотреть? — робко поинтересовался Доктор Саша.

— А мне? А мне? Вокруг снова образовалась толпа. И каждый хотел ВИДЕТЬ! Ну, как отказать людям, они ведь приехали добровольно и совершенно, как говорится, безвозмездно расчищать Артефакт?

— Пусть смотрят все, — милостиво разрешил Валерий Павлович, — а как насмотрятся — будем выезжать. На сегодня приключений достаточно.

Народ выстроился в очередь. Чинно и благородно. На Витю смотрели, как на юное божество, что-то между Егором из «Ночного дозора» и Гарри Поттером! Мальчик, проникший в НЕИЗВЕДАННОЕ, это ж надо!

— Пойми, Витёк, — вздохнул Палыч, — мало того, что леску к заднему бамперу не прикрепили, у тебя ведь сзади камеры нет! Выезжать придется, ориентируясь на то, что видишь впереди!

До Вити наконец-то дошло! Он сглотнул слюну. Ехать задом, не видя — куда?!

— Да ладно, тоннель широкий, как-нибудь выедем! — высказался СТС.

— Да уж, деваться некуда...

Витёк повернул левую ручку передатчика примерно на тот же угол, что был при повороте. Правая ручка чуть к себе. Изображение изменилось, вроде — поехали.

— Выравнивай!

— Рано!

— Выравнивай!

Но Витёк не слушал никого. Он — пилот, и только он знает, когда надо выравнивать руль! Вот и выехали из поворота. Теперь — задний ход на всю катушку! Из черной дыры послышался шум проворачивающихся колес. Мгновение — и модель вылетела из тоннеля прямо в руки Валерию Павловичу. Все-таки гоночная! Была когда-то. А теперь — исследовательская...

— Что теперь? Программа закончена? — спросил Витёк.

— У нас — да. Но мы с Семен Семенычем останемся до вечера, пока будет идти расчистка Артефакта.

— Может, еще второй вход найдется? — предположил Толстик.

— Мало ли что может обнаружиться, — пожал плечами уфолог.

 

***

Мишка Лепехов работал от души, не с кем не говорил, считая, что лучше него скажет лопата. Так, не отвлекаясь, проработал до самого обеда и, устав, решил все же найти Витька или кого-то из взрослых. Хоть Мишка и относился к Вите, как к младшему брату, а в данном мероприятии Витёк для него стал в чем-то даже авторитетнее тренера.

Лепехов бодро слетел вниз с полу расчищенного бока артефакта и побежал кругом. Впрочем, Андронова он найти не успел. Раньше Мишку нашел подозрительного вида мужичок.

— Товарищ, — с задушевностью достойной коммунистического общежития обратился к Мишке мужичок.

— Вы меня? — растерялся Лепехов.

— Да, вас, — мужичок схватил Мишку за рукав и потянул в сторону. — Не здесь, товарищ, не здесь. Здесь слишком много народу.

Лепехов позволил оттащить себя в сторону и снова поинтересовался:

— Что такое?

— Мне нужна Ваша помощь, — забавно растягивая слова, мягко проговорил мужичок. Будто дразнит певца Мумийтролля! Пахнуло как-то неожиданно неприятно.

— Я слушаю вас, — по-взрослому, серьезно кивнул Мишка Лепехов.

— Дело в том, что эта штука, — мужичок махнул рукой в сторону артефакта. — На самом деле мой космический корабль.

— Чего??? — выпучил глаза от удивления парень.

— Да-да-да-да, — затараторил мужичок. — Не удивляйтесь, пожалуйста. Я потерпел здесь крушение много лет назад, и видите, во что превратился мой корабль. Моя ласточка, — мужик всхлипнул.

— Ну, мы его расчистим, — недоверчиво проговорил Мишка. — Расчистим, и можно будет лететь.

— Нет, — глаза дядечки как-то странно сверкнули. — Лететь нельзя. Шнуперхупера не хватает.

— Чего? — не понял Мишка.

— Это такая деталь, — голос мужичка снова стал мягким и тягучим. — Деталь от двигателя. Если ее нет, то корабль не полетит, а она сломалась. Понимаете, товарищ?

— Понимаю. Только я в вашем двигателе не разберусь, — честно ответил Мишка.

— Что же делать? — Мужик скренделил огорченную мину.

Мишка пожал плечами.

— Есть вариант. Идем к нашему тренеру. Он разбирается в любых устройствах.

— Тренер? — дядька сделался испуганным. — Самбо-карате? Он будет драться?

— Нет, тренер клуба юных техников. Он не дерется, — улыбнулся Мишка и пошел к артефакту.

Дядечка потопал следом. Догнал, пошел рядом.

— А что, Ваш тренер сможет помочь? — своим полушепотом прошелестел дядька.

— Он всем помогает, — отозвался Лепехов. — А вот и он. Валерий Палыыыыч!

Палыч подошел сразу, вид имел довольный, расчистка шла полным ходом, чего грустить?

— Да, Миш, — что случилось? — Вот, — Лепехов указал на дядечку. — Познакомьтесь с хозяином нашего корабля. То есть артефакта. Он с другой планеты, а наш артефакт — это его космолет.

Тренер выслушал серьезно, повернулся к дядечке:

— Чем я могу Вам помочь.

— Отойдем в сторону, товарищ, — мягко, но настойчиво вцепился в рукав Палычевой сорочки мужичок. — Здесь слишком людно.

— Хорошо, — кивнул тренер и указал направление.

Дядечка пошел вперед, а Валерий Павлович быстро обернулся к Мишке, шепнув скороговоркой:

— Беги, срочно найди Семен Семеныча, скажи, чтоб скорую вызвал.

— Зачем? — не понял Мишка.

— Транспортируем инопланетянина по месту жительства в ближайшую психиатрическую больницу, — улыбнулся тренер и быстро пошел следом за сумасшедшим дядечкой.

В больницу шизика не забрали, врач объяснил: «Он тихий. Общественной опасности не представляет».

 

***

Во второй половине дня пригнали технику: бульдозер, экскаватор и три — Витёк подсчитал, фиксируя в памяти номера — самосвала. К обеду верхняя часть Артефакта — «крышка стола» — оказалась расчищенной. Справились быстрее, чем рассчитывали: слой земли наверху оказался совсем тонким. По нормальным правилам поведения народ забросил бы лопаты после обеда, пивка хлебнув — и за гитары, танцы-шванцы-обниманцы. Но вот верхняя часть «стен» удивительного сооружения оказалась свободной от земли, работа идет быстро. И раз есть шанс закончить к вечеру — надо продолжать!

Антошка отыскал даже интуристов, те достали где-то лопаты и тоже — активно принимали участие в работе. Знания английского хватило лишь на самые примитивные вопросы...

 

***

К вечеру работа практически завершилась. Бульдозер подчищал последние горки земли. Грязных, но довольных энтузиастов лопаты охватило новое увлечение. Если в процессе работы фотографировались эпизодически, то теперь, когда дело сделано, каждый желал запечатлеть себя и друзей на фоне свежерасчищенного Артефакта. Ребятишек то и дело приглашали фотографироваться вместе — то с одной, то с другой группой. В особой цене оказался разведывательный комплекс Витёк+модель, все хотели запечатлеться у «черной дыры» обнимку с бесстрашным исследователем глубин Неизведанного.

Валерий Павлович с ребятами и Семен Семенычем отошли полюбоваться работой. Да и снимки заодно сделать «на фоне». Артефакт, освобожденный от земли, приобрел четкие геометрические формы, появились грани. Низкое вечернее солнце освещало таинственное сооружение, подобно горизонтально расположенному прожектору.

— Надо встать так, чтобы солнце было как раз за спиной, — сказал Валерий Павлович, — давайте пройдем левее.

Прошли. Теперь тени от людей точно указывали на Артефакт.

— Как все высвечивается! Люди, деревья — как на картинке, — залюбовался Антошка.

— Потому что режимное время, — сказал Семен Семеныч, — в древние времена все художественные фильмы на природе снимали, когда солнце стояло низко — утром и вечером, и без теней...

— Да, прямо пирамида... — Высказался Семен Семеныч.

— Египетская пирамида!

— Пирамида Хеопса! — Два голоса — наперебой.

— Я имел в виду софринскую пирамиду, — уточнил уфолог.

— Это мы не проходили! — Засмеялся Витёк.

— Софринская пирамида — это самое грандиозное сооружение такого типа, воздвигнутое человеком после времен древнеегипетских. На его сооружение ушло 32 тысяч тонн стали, 50 тысяч тонн бетона и 12 тысяч километров проводов.

— А сколько проводов ушло на пирамиду Хеопса? — Хихикнул Толстик.

— Да, я не знал, — даже удивился Витёк.

— Это локатор, Дон называется, — объяснил рыжий.

— А-135, 150 метров в ширину, высота около 40, способна разглядеть футбольный мяч на расстоянии 800 километров, следит за несколькими целями сразу, и даже в космосе! — блеснул СТС.

У Вити даже уши завяли. Как это так? Все знают про эту самую Софринскую пирамиду, а он — нет?

— Может, это тоже — локатор? — предположил СТС — РЛС инопланетян, каких-нибудь Странников?

— Самое смешное в том, что такая гипотеза не выглядит совсем уж безосновательной, — заметил Семен Семеныч. — Очень, очень похож. Как Ваше мнение, Валерий Павлович?

— Как человек, который закончил в свое время ФЭСТ по специальности... — и пошла лекция, из которой ребята поняли, что их руководитель знает все-все об антеннах!

 

Глава четвертая

Освобожденный от земли и мусора артефакт смотрелся совсем иначе. Грозно, неприступно — кусок чуждой цивилизации упал с неба на землю, он врезался в нее, но так и не стал ее частью. Черный алмаз... Какие загадки таятся в этой штуке?

Витёк прикоснулся к боку холма, провел рукой. Гладкий!

— Самостийный какой!

Витёк обернулся, рядом с ним стояла Жанна, моделистка из стахановского клуба.

— Привет! — улыбнулся Витя.

— Привет, — кивнула девочка. — Интересно, что у него внутри.

— Не знаю. Я тоже об этом думал. Не знаю... Ты извини нас.

— За что?

— За Толстика, — Витя опустил взгляд. — Он иногда ведет себя как последний кретин.

Девчонка пожала плечами и пошла вдоль бока артефакта. Витёк поплелся за ней, плохо соображая, зачем ему это понадобилось.

— Я думаю, — произнесла Жанна, не оглядываясь. — А что если там внутри ничего нет. Представляешь, какая будет обида. Доберемся до самой сердцевины, а там пустота. Одни коридоры и все.

— Не думаю, — пожал плечами Витя. — Что-то там должно быть. В любом случае сейчас думать о том, что там пустота рано.

— Да, наверное, ты прав. И все-таки иногда задумываюсь, и становится грустно.

— Нашла о чем, — хмыкнул Андронов. Еще какое-то время шли молча, огибая артефакт. Жанна погрузилась в свои мысли, а Витёк судорожно соображал, о чем говорить с девчонкой, но темы не находил, потому пробормотал вяло:

— Так ты все-таки извини.

— За что? — Жанка остановилась и посмотрела на Витю. — По-хорошему это я извиниться должна, что не сдержалась. Просто надоело уже. Почему-то все считают, что девчонка не может быть моделистом.

— Почему не может? Может, — пожал плечами Витёк. — Я думаю — может. Просто обычно этим делом мужчины занимаются.

— И что? Мало ли кто больше чем занимается? Готовят чаще женщины, а лучшими поварами считаются мужчины.

— Неправда, — совсем уже по-детски возмутился Витёк. — Лучше всех готовит моя бабушка, ничего вкуснее не ел!

Жанка рассмеялась и направилась дальше вдоль артефакта, а Витёк снова замолк. Молчание угнетало Андронова, но придумать, о чем говорить с этой юной техничкой он не мог. Спас Толстик.

— Витяй!

Витя остановился, обернулся на крик.

— Ты чего здесь шастаешь? Тебя Палыч ищет. Камеру привезли, а тебя нет, а на твою технику без тебя никто ничего ставить не рискнет... О, Жанна Д’Арк!

Девочка на новое прозвище улыбнулась, а Витёк тут же забыл обо всем на свете и о неловкостях в том числе.

— Иду, — кивнул Толстику, и повернулся к Жанне. — Ты с нами?

 

***

У строительного вагончика, который притащили уфологи после того, как был расчищен артефакт, толпились стахановские и родниковские юные техники, да туристы-зеваки. Толстик шел впереди, проталкиваясь сквозь толпу. Вид СТС имел самый, что ни есть, деловой. Деловитый даже!

— Пропустите специалиста, — самым серьезным голосом вещало Самое Толстое Существо.

— Это ты что ли специалист, — тихо цыкнул Витёк.

— Не, я так... лицо приближенное, — ядовито отозвался Толстик. — Специалист у нас ты. Герой нашего времени.

В фургончике было свободно. У стола — Валерий Павлович, перед ним, вышагивая туда-сюда, что-то вещал Семен Семеныч на своем научно-непонятном языке. Да тихо приютился в углу вездесущий Мишка Лепехов. «Вот проныра» — подивился Витёк. Ну, Толстик проныра не меньший. Его, в отличие от Жанки, Витя не приглашал, а он тут как тут. Особа приближенная  к...

— Витя, — обрывая Семена на полуслове, без всяких предисловий начал Валерий Павлович. — Камеру будем крепить на твою модель.

— А что за камера? — поинтересовалась Жанна.

— Камера? — Палыч посмотрел на девчонку оценивающим взглядом. — Камера, предназначенная для системы наблюдения. Сони. Разрешение куда больше, чем у той фитюльки в мобильнике. Цветная. Да вон на столе лежит. Смотрите.

Ребята приняли приглашение и приблизились к столу. Камера лежала посередине. Новенькая, вон и коробка свежая рядом и чек товарный. А инструкция раскуроченная: на английском и на русском. Видимо, ее взрослые уже изучили во всех подробностях.

— Камера классная, — говорил между тем тренер. — Имеет возможность работы в инфракрасном режиме. Легкая. Хотя в сравнении с весом модели... Все-таки великовата.

— Нам обещали такие маленькие, — будто оправдываясь, добавил Семен Семенович. — Как «жучки». Но их пока нет. И когда будут не известно.

— Когда будет, тогда будем говорить, — отрезал Валерий Павлович. — А пока, Семен, надо придумать, как закрепить камеру на модели.

— Ну, это уже ваша забота, — пробормотал уфолог.

— Вот мы и думаем...

— Закрепить — закрепим. А что плохого? — спросил Витёк. — Во-первых, пока провода... — сообщил Семен Семеныч с прискорбием.

— То есть модель будет тянуть за собой провод, а когда назад — то его придется руками подтягивать?

— Увы, — кивнул Валерий Павлович.

— А второе — я и сам вижу. Вот этот телевизор, как я понимаю, на него идет изображение. И как я буду стоять у пещеры, с дистанционкой на шее, держа одной рукой телевизор, а другой — подтягивать провод?

— Будет и беспроводная система, сделаем. Но пока — так. А что до многорукого бога Вити, то ведь ты у нас не один такой. Подержат и потянут другие ребята. Для телевизора, точнее — монитора, можем раскладной столик поставить...

— Да, провода — это не серьезно, — неожиданно Семен Семеныч проникся проблемой, — никто не знает, как далеко и глубоко заходят туннели. А вдруг там — лабиринт? Провода непременно запутаются. Да и не хватит длины...

— Зато страховка — можно вытянуть назад, если что... — возразил Палыч.

— Оторвется! — Махнул рукой СТС.

— Да, и как насчет обещанной камеры сзади? Будет две камеры и два телевизора? Я вижу пока только один комплект, — Витёк указал пальцем на телевизор.

— Есть второй комплект, — успокоил подростка уфолог, — мы пока не распаковывали, вон, в пакете...

— Сначала справиться бы с одним. Давайте крепить к модели, время, как говорится...

— Если все равно тянуть повода, то, может, запитать фары с них? Можно поставить фару помощнее? — Спросил Витёк.

— Менять надо по одной составляющей. — Возразил Палыч. — Сначала испытаем все, как было, заменим только камеру. А пустить ток — нужен еще провод, итого — четыре вместо двух жил!

— Вообще-то три. Земля общая, — поправила Жанна.

И взрослые, и мальчишки с вытянутыми лицами и распахнутыми ртами, воззрились на девчонку. Девушка, соображающая в электротехнике?! Не бывает! «Наверное, это инопланетянин — замаскировался под землянку!» — подумал Витёк.

— Да, верно, три, — согласился, первым придя в себя, Валерий Павлович, — а если еще точнее, то можно обойтись и двумя, передав высокочастотную составляющую через конденсатор... Но это все делать надо, в кружке, спокойно. А не здесь — кое-как.

— К тому же будет телепередатчик, и очень скоро, — добавил Семен Семеныч.

— Вот-вот, не стоит огород городить!

Камеру закрепили быстро. Провода вставлялись очень просто — в дырочки, да закрепить винтиком. Витёк покачал головой.

— Да, так оторвутся, — согласился Валерий Павлович, — надо бы еще сзади их чем-то зафиксировать.

— Скобка на двух саморезах?

— Да хоть так...

Следующее препятствие показалось курьезным. Провод, которым предполагалось соединять модель и монитор, был накручен на большую катушку с ручкой. Это предусмотрели. И свободный конец — вот он. Но нужны-то оба конца, один — к монитору, другой — к модельке. Шутка состояла в том, что второй конец провода находился где-то внутри. — Придется перемотать, — пожал плечами Палыч, — заодно и померим...

Прошло еще полчаса... Витёк намерил ровно сто метров.

— Мы уж стол накрыли, — сообщил Семен Семенович, появляясь в вагончике.

У входа в Артефакт обнаружился раскладной столик, на нем — телевизор  и... бутерброды. Чем заняться сначала?

— Сначала надо подкрепиться! — Заявил Толстик.

— В бой идут натощак! — возразил Витёк. — Какая там еда?

— Вкусная, — обрубил Толстик. — Сейчас как поедем!

Пока шли последние приготовления, Толстик за троих вкушал бутерброды. Ну, без дела СТС не остался: его, жующего бутерброд, поставили у самой дырки провод поддерживать.

— Смотри, не измажь провод, руки-то сальные! — заметил тренер.

— Так лучше проскальзывать будет! — сразу нашелся Толстик.

— В этом что-то есть, — засмеялись Палыч с Семенычем. Собравшаяся вокруг толпа захихикала.

Серьезным оставался один Витёк. Ну когда же, когда? Так штаны просидишь, ожидаючи. Фу, дан старт! Витёк тронул ручку пульта, и машинка, заурчав моторчиком, скрылась в чреве артефакта.

С большого экрана с хорошим качеством записи коридор смотрелся, словно срисованный из какой-то навороченной, довольно странной, компьютерной игрушки. Витёк притормозил, повернулся к экспериментаторам:

— Куда теперь? Направо или налево?

— Направо! — распорядился тренер.

— Налево, — в один голос с ним приказал уфолог.

Валерий Павлович с удивлением поглядел на Семена Семеновича:

— Чего это тебя налево понесло?

— Давай монетку кинем, — смущенно предложил ученый.

Идея с монеткой вдохновила и развеселила всех. От перста судьбы, имеющего две стороны и грань между ними, ждали чего-то сродни чуду. И подбрасывание монетки превратилось чуть ли не в ритуальное действо.

— Ну что? Орел? Решка? — суетился мелкий Сашка. Спины других ребят закрыли ему весь обзор: только и видел, как Валерий Павлович монетку подбросил.

— Ребро, — хихикнул Толстик.

— Не дезинформируй, — солидно поправил Мишка Лепехов. — Орел.

— Орел? — обрадовался Сашка, которому вообще-то было все равно, куда поедет машинка, и так и эдак интересно. — Значит направо?

— Направо, — кивнул Витёк и двинул рычаг.

Машинка медленно покатила, выхватывая из темноты куски тоннеля. Коридор поворачивал и поворачивал, все время забирая направо. Витя прибавил скорости. Из темноты мелькнул провал в стене коридора.

— Стой! — кто крикнул, Витёк не понял, но совет и не требовался — рука сама дала стопаря. Даже сдал чуть назад.

Справа зияли два прохода. Коридор разветвлялся.

— Направо? Или налево? — поинтересовался радостный Сашка.

— Никаких правов и левов, — уныло пробормотал Витёк. Налево это то, что в прошлый раз было направо. А направо выход. Мы по кругу проехали.

— Уверен? — живо поинтересовался Палыч.

— Вы куда смотрели? — саркастически вопросил Андронов. — Я только что по проводу от камеры туда-обратно проехал. Смотрите.

Машинка, как будто крадучись, поползла вперед. В тусклом свете фар было не очень хорошо видно, но, тем не менее, различимо, как из правого провала вываливается черная кишка шнура и уходит в левый.

— И что теперь? — уныло поинтересовался Толстик.

Ребята как один смотрели на тренера. Валерий Павлович постарался скрыть разочарование.

— Вперед. Точнее назад. Только очень медленно. Будем смотреть.

Машинка потихоньку начала сдавать назад. Толпа экспериментаторов облепила монитор, пытаясь углядеть что-нибудь кроме стен и пола. Но коридор был абсолютно ровный. Во всяком случае, та часть, которая попадала в поле зрения видеокамеры. Снова развилка. Витёк остановил машинку.

— Дальше? — Давай еще раз, только еле-еле. И потом на выход.

Витёк послушно проехал по кругу. Результат оказался тот же. Ничего!

— Теперь назад?

— Нет, выезжай, как есть, а шнур от камеры отцепим и ручками вытащим.

Витя молча вел машинку к выходу. Коридор светлел, светлел, пока...

— СТОЙ! — диким голосом возопил Толстик.

Уфолог непроизвольно вздрогнул. Витёк остановил машинку.

— Смотрите-смотрите, проход, — радостно крикнул кто-то из младших.

— Вот слепота куриная, — рассмеялся Толстик. — Ни фига не видите. Чтоб вы без меня делали.

Толстик сразу оказался в центре внимания. Витёк даже чуть-чуть обиделся на него за это. Тоже мне, герой. Одна радость чуть глазастее других оказался. Обратился к Валерию Павловичу мрачно:

— Ну что, дальше ехать?

— Нет, — покачал головой тренер. — Хватит на сегодня. Вид у Палыча был еще мрачнее, чем у обиженного Витька. И тот сразу забыл про глупую обиду. Чего это так не понравилось тренеру?

 

***

Всю работу и аппаратуру свернули довольно быстро. Ребятня отправилась по домам, а тренер с уфологом сидели в бытовке. Семеныч тер платочком очки и часто-часто моргал. Палыч мерил шагами вагончик и казался чернее тучи.

— Не маячь перед глазам, — попросил уфолог, надевая очки.

— Не было его там, Семен. Не было!

— Ты уверен?

— Уверен. Я глазам своим верю.

— А я своим не доверяю, — Семен Семеныч снова стянул очки и принялся полировать линзы платочком.

— Но не было же там прохода, — чуть не плача выдохнул Валерий Павлович.

— Если ты его сразу не заметил, это не значит, что его там не было. Его и сейчас не видно, если не знать, что он там есть. Скажи спасибо пацану своему глазастому, что разглядел. А то бы сейчас сидели и причитали, что нет в жизни счастья и входа в артефакт тоже нет.

Тренер остановился, в упор поглядел на уфолога:

— Ты... Правда, веришь, что это всего лишь наша невнимательность?

Семен Семеныч надел очки и спокойно выдержал взгляд Валерия Павловича.

— Я в этом уверен на сто процентов, Валера.

— Хорошо, — сдался тренер. — просто у меня желание перестраховаться. У страха глаза велики.

— А чего бояться? — спросил вдруг уфолог. — Мы же туда лезем за объяснением. Чего ты боишься?

— Боюсь на необъяснимое наткнуться, — подумав, признался тренер и снова посмотрел в глаза уфологу.

На этот раз Семен взгляд отвел.

— Давай прозвеним его на всякий случай ультразвуком еще раз, или рентгеном каким просветим, — предложил тренер.

— Хорошо, — легко согласился ученый. На счет рентгена не знаю. А ультразвуком прозвонить можно.

 

***

Электричка весело постукивала колесами. Витёк пытался штудировать учебник биологии, но получалось плохо. Мысли все равно возвращались к артефакту. Ну как тут учиться, когда столько удивительного вокруг, значительно более интересного, чем та же биология?

— Витяй, — рядом на скамейку плюхнулся Мишка Лепехов. Все, теперь биология точно закончилась.

— Витяй, ты чего тут?

— Биологию учу, — буркнул Витька, закрывая книжку.

— Слухай, отложи свою биологию, разговор есть. — Витя послушно сунул учебник в рюкзак. — Чего хотел?

— Я про этот проход в тоннеле, — зашептал Мишка, наклонясь к Витьку поближе. — Там ведь не было прохода. Это Толстик теперь героем ходит, а на самом деле...

— А на самом деле, никому об этом не говори, — так же быстро и тихо ответил Витя.

Мишка посмотрел на приятеля, удивленно округлив глазами.

— Почему не говорить? Я вот думаю, что там внутри кто-то мог быть и проход нам открыл...

— Или не нам, — так же резко ответил Витёк. — Поэтому и не говори. Взрослые если об этом думать начнут, перепугаются, и если вообще артефакт не закроют, то уж нас к нему больше точно не подпустят. Так что пусть лучше Толстик героем будет, чем всех нас...

— Ну, ты голова, — восхищенно воскликнул Мишка. — А взрослые думаешь не догадаются?

— Может, и догадаются. Только Палыч может кипеж и поднимет, а Семеныч его уговорит. Это точно.

— Откуда взял? — подозрительно поглядел на Витька Лепехов.

— Уфолог упертый, он еще больше нашего боится, что исследования закроют.

— Голова! — повторил Мишка восхищенно.

— Только никому ни слова, — предупредил Витёк.

— Могила, — пообещал Лепехов.

Витёк поглядел приятелю вслед. Нет, он не был таким умным, просто повторил Мишке то, что полчаса назад объясняла ему самому стахановская моделистка Жанка.

 

***

В клубе в тот вечер собралась целая толпа. По традиции заказали пиццу. Двести рублей с доставкой — и по кусочку удовольствия на всех.

— А я придумал, как вытаскивать машинку машинкой, — заявил Толстик.

— Ты еще и думаешь, когда ешь? — удивился Лепехов.

— Еда — она вызывает прилив крови к голове, — парировал Толстик.

— А я думал — к желудку, — не унимался Мишка.

— К желудку потом, но сначала — к голове!

— Ладно, выкладывай свою идею, Эдисон! — перебил флуд Валерий Павлович.

— Я читал, что если на железный стержень намотать много-много витков проволоки, тысячи витков, и пропустить ток, ну, даже от батарейки от карманного фонарика, то этим можно тонну удерживать...

— А ток? — спросил Витёк.

— Ток очень маленький, — ответил за Толстика Палыч, — все верно. Ты предлагаешь поставить миниатюрные электромагниты?

— Да, спереди и сзади на каждую машинку.

— И включать по команде приемника, только когда нужно? — Витёк довел мысль до конца.

— Не будет работать! — Заявил Семен Семеныч, вгрызаясь в пиццу.

— Почему? — Взъярился Витёк, будто это он, а не СТС, предложил электрические магниты.

— Не будет, и все тут! Не верю.

— Ты, Семеныч, напомнил мне одну старинную историю. В конце девятнадцатого века на маяки начали ставить электрические прожектора. И встал вопрос: как их зажигать на ночь и гасить поутру, чтоб обойтись без смотрителя? Один русский инженер предложил смехотворно простую конструкцию: параллельно два стержня, один белый, другой черный, к свободным концам крепится скоба, она же выключатель. В темноте стержни одинаковой длины, а днем черный нагревается сильнее, потому вытягивается больше. Так вот, эту конструкцию смотрел в чертеже сам Эдисон. И выдал вердикт: «Работать не будет».

— И как, послушалась его конструкция?

— Нет. Она целых полвека после отрицательного заключения великого изобретателя успешно проработала на маяках. Безотказно...

— Делаем магниты? — Деловито поинтересовался Витёк, потирая руки. Пицца уже съедена...

— Попробуем. Только тут подходит не «делаем», а «мотаем». И нужен очень тонкий провод. В восемь микрон...

 

Глава пятая

Антон был горд и доволен донельзя. Еще бы у артефакта сейчас не было никого, кроме него, папки и Семена Семеныча, коего Антону дозволили по-дружески называть дядей Семой. А действо, производимое над артефактом, казалось поинтереснее запуска в дырку машинок. Бок артефакта был обляпан датчиками между которыми, как дохлые змеи болтались провода. Результаты датчивания датчиков, как назвал для себя Антошка хитрый процесс, выводились на стоящий рядом мониторчик. Отец просил не мешать, потому Антошка послушно молчал — держался, как мог. Безмолвно наблюдать за непонятной процедурой было ужасно тяжело, практически невозможно. Утешало только то, что он был единственным допущенным до таинства. Ни одного юного техника, ни их тренера, ни даже Витька не было. Только два уфолога и он. Вот будет номер, когда он расскажет ребятам про... а про что расскажет? Терпеть дальше стало абсолютно невыносимо.

— Пап, а это что?

— Что именно тебя интересует?

— Ну вот эти проводки и все, что мы делаем?

— Это ультразвуковой анализ, исследование, — объяснил Семен Семеныч, не поднимая головы от монитора.

— А это как? — не понял Антошка.

— Сын, ты мешаешь, — напомнил папа.

— Мы исследуем артефакт внутри. Ультразвуком. Знаешь, как работает?

— Нет, — честно признался мальчишка.

— Прибор дает звук, — начал объяснять ученый. — Потом ловит эхо. По длине звуковой волны выстраивается то, что находится внутри. Все пустоты, стенки  и...

— Это прям как внутри? — перебил Антошка, разглядывая картинку на мониторе.

Да, не фонтан: картинка черно-белая, нечеткая, мутновая. Кажется, это — кусочек тоннеля, а может, и нет.

— Не понятно ничего, — пожаловался Антошка.

— Антон, — одернул мальчишку отец. — Ты мешаешь.

— Прости, пап, — парень отошел в сторону.

— Не совсем, как внутри, — удовлетворил мальчишечье любопытство Семен Семеныч. — Прибор отлавливает пустоты, стенки, препятствия. Выстраивается картинка. Но это только основа.

— Надо найти какого-нибудь компьютерщика, Семен, — сообщил отец. — Зачем нам хакер? — удивился Семен Семенович.

— Не хакер, а компьютерщик. Человек, который создаст модель артефакта. Чертеж, а лучше 3D-модель.

— Я знаю одного такого, — радостно сообщил Антон. — Его Толькой зовут, в соседнем подъезде живет. Чистый хакер. Он даже к некоторым сайтам пароли сам подбирает. Не из диска, а сам, из головы!

— Это — к каким сайтам?

— К разным, — Антошка потупился и начал краснеть.

 

***

— Кто там? — Дверь приглушила голос, но было понятно, что это никакой не Толик, а скорее его бабушка.

— Я, — честно ответил Антошка, спохватился, добавил: — то есть это... а Анатолий дома?

Дверка щелкнула замком, скрипнула и приоткрылась на длину цепочки. В щели между дверью и косяком Антошка увидел изучающую его бабушку. А вернее сказать половину бабушки, потому как второй половины недоверчивой старушки из-за двери видно не было.

— Тебе чего? — сурово глядя на Антона, спросила старушка.

— А я к Толику. По делу. Мне срочно и очень-очень надо.

— Нету его, — буркнула бабулька, и, уже закрывая дверь, добавила. — Придет скоро, у подъезда подожди.

Антошка не нашел что сказать. Он еще с пол минуты постоял зачем-то под дверью и неторопливо направился к лестничным ступеням.

 

***

Отец и дядя Сема ждали у подъезда. Антон специально притормозил у дверей, поглядел на взрослых, которые сейчас смотрелись сущими пацанами. И они ждут от него, мальчишки, чего-то сродни чуду! Странное чувство тронуло Антошкино сердечко. Охарактеризовать его он не смог, но ощущение, возникшее при виде зависящих от него взрослых, было приятным.

Парень вышел из темного провала подъезда. Взрослые кинулись к нему, как куры на пшено.

— Ну что? — в глазах родного папы горел нездоровый блеск.

— Он согласился? — вторил ему дядя Сема.

— Его дома нету, — улыбнулся Антон. — Скоро подойдет. Подождем?

— Подождем, — расстроено кивнул отец. — Нам торопиться некуда.

И зачем-то посмотрел на часы.

Ждать, впрочем, пришлось не долго. Минут через двадцать с небольшим Антошка вдруг подскочил с лавочки и бросился на другой конец двора с воплем «Толяяяяян!» А с противоположной стороны детской площадки, на входе во двор вздрогнул и принялся вертеть головой не пропорционально длинный тощий паренек лет шестнадцати. По тому, как он щурился, можно было предположить, что со зрением у парня не очень хорошо.

Антошка тем временем пересек дворик. Парни обменялись рукопожатиями и начали о чем-то оживленно болтать. Взрослые наблюдали за разговором с лавочки. Сидели они на другой стороне детской площадки, а потому разговора не слышали. Зато могли беседовать между собой, не боясь быть услышанными.

— И это хакер? — озадаченно пробормотал Антошкин отец, наблюдая за жердиной, как он мысленно окрестил Толика.

— Компьютерщик, — пожал плечами Семен Семеныч.

— Мальчишка...

— Они все мальчишки, с этим надо мириться. Время сейчас такое, что каждый мало-мальски образованный подросток компьютер знает лучше, чем пара уфологов с докторскими степенями.

Тошкин отец вздохнул, повернулся к ребятам спиной.

— Я понимаю, Семен, но то-то и обидно. Я ж не старик, все же в силах разобраться с дурацким ящиком. Однако же...

— Так сядь и разберись. Книжек полно, у меня сын компьютер по книжкам осваивал. И ничего, нормально все уяснил.

— А сам?

— А у самого времени нету, — вздохнул Семен Семенович. — Все знать нельзя, дружище. Мы и в моделях с тобой не Копенгаген, и в компьютерах, а они... Это их мир. Этих мальчишек, наших сыновей. Помнишь: в школе каждый мечтал стать космонавтом?

— Помню, — хмуро кивнул отец Антона. — Только не стал никто. Все — кто в науку, на копеечные зарплаты от государства, кто — в бизнес с волчьими законами, кто...

— Вот-вот, — кивнул Семен Семенович. — А они сейчас могут мечтать лететь к звездам. Так зачем нам тормозить их с их мечтами?

— Да пусть мечтают, чё привязался? — отмахнулся отец Антона.

— Э нет, — хитро сощурился второй уфолог. — Мечтать им запретить никто не может. А вот надо сделать все, чтобы им помочь. Пусть если не мы, то дети наши полетят, наконец, в космос. Хоть на марс, на котором согласно песни будут яблони цвести.

Тошкин отец посмотрел на Семен Семеныча как-то странно. Рот у него приоткрылся, и глаза выпучились, будто у выброшенной на берег рыбы.

— Ну, ты и замахнулся, Семен, — выдавил он, наконец.

— А почему нет? Мы уфологи, у нас есть артефакт осколок внеземной цивилизации. А вдруг, как это — космолет? А вдруг, как мы — на пороге нашей планетки, и дверь уже не заперта? Нам с тобой осталось только отворить ее и все, а наши мальчишки нам помогут. То есть помогут они не нам, а себе. Потому что к звездам полетят они, а не мы.

Не известно до чего бы еще договорились два доктора наук, а только ответить Антошкин папа не успел. Через двор к ним летел Антошка.

— Ну что? — в один голос спросили уфологи.

— Не его профиль, — важно сообщил Антон. Тон и выражение он явно почерпнул у Толика-хакера. — Но он обещал привести к нам 3Dграфиста.

— Кого?? — не понял отец.

— Ну, такого специалиста, который рисует на компьютере объемные картинки и заставляет их шевелиться, — как маленьким объяснил Антон. — Толик сказал, что специалист классный, нарисует все в лучшем виде. А сам он по другому направлению работает. Вот программу написать или там сайт сломать он может, а картинку красивую не сделает.

Семен Семеныч выступил вперед:

— И когда он приведет этого графиста?

— Завтра к артефакту. Я рассказал, как ехать. Они приедут после школы. Часа в четыре вечера.

 

***

У артефакта кипели страсти.

— Моя очередь, — краснея и пуча глаза, надрывался Толстик. Он приехал с доделанной, наконец, новой моделью и пытался отбить у Витька право на исследовательский заезд в артефакт.

— Вот еще, — Витя старался держать себя спокойнее, но розовеющие щеки и красные, словно вареные раки, уши выдавали его волнение. — Я знаю артефакт как свои пять пальцев, я знаю, как с ним работать, а ты только в монитор зырил.

Ребятня тоже разделилась на два лагеря. Половина поддерживала опытного и знающего Витька. Вторая половина против Витька ничего не имела, но требовала справедливости. Глаза ребят горели, лица наливались краской, назревал конфликт, а ни тренера, ни ученого поблизости не было. Только Мишка Лепехов, хмурый как сентябрьская туча, повторял то одному, то другому пацану:

— Посмотрим, что им Палыч скажет, поглядим еще, что скажет Палыч.

Антошка ни Витька, ни тем более СТСа поддерживать не стал. Зачем головой о стену биться, он ловко вывернулся из толпы и помчался к строительному фургончику, в котором дядя Сема и тренер Валерий Палыч готовили аппаратуру, не подозревая о текущем бунте.

— Витяй, — кричал кто-то из толпы, — Давай по-честному, ты уже вон сколько, а другие тоже хотят.

— Он один ландшт... ланштд... ландшафт знает, — заорали с другой стороны.

— Я один знаю особенности ландшафта, — гордо сообщил Витёк, без какой-либо запинки на трудном слове.

— Тоже, герой нашего времени нашелся, — наливаясь кровью гаркнул Толстик. — Я тоже не первый год с машинками работаю, и ланшт... ландшт... Короче каждый поворот в лабиринте знаю, каждую дорожку.

— Не шуми, еще не известно, что Вам на все это Палыч скажет, — вклинился сердитый до нельзя Мишка Лепехов.

— Да чего он скажет, — неожиданно спокойно, со злой насмешкой произнес Толстик. — Незаменимых у нас нет. Валерий Палыч человек справедливый. Не то, что некоторые. Возомнят о себе невесть что. Ты что думаешь, — переключился он на Витька. — Знаменитостью стал? Да никто тебя не знает. Вот сейчас спросить у первого встречного кто такой Витёк, что тебе ответят? Плечами пожмут, в лучшем случае группу ДЮНА вспомнят.

— Значит, никто меня не знает? — Витя сдерживался до последнего. Но эта фраза Толстика, а быть может насмешливый тон, коим она была сказана, разозлили и его. — Пошли. Пойдем и спросим. У первого встречного.

— Моделисты и уфологи не считаются, только сторонние люди, — предупредил СТС.

— Хорошо, — запальчиво выдал Витя.

— Если первый встречный скажет, что Витька знать не знает, то следующим в артефакт запускаю машинку  я.

Витька открыл, было, рот, но тут же его и закрыл. Первый приступ злости прошел, и Андронов понял, что положение у него по сути — проигрышное. Не такой он и герой на самом-то деле. Не утренняя звезда, даже не паренек из рекламного ролика. Но отступать было поздно.

— Хорошо, — тихо согласился он. — А если первый встречный скажет тебе, кто такой Витёк Андронов?

— Тогда я признаю тебя героем нашего времени, себя осликом Иа, и никогда больше сам таких разговоров не заведу, — Толстик чувствовал себя победителем и, как победитель, был щедр.

— По рукам, — кивнул Витёк.

Толстик протянул, было, руку, но отдернул, сказав с подозрением:

— Только первого встречного выбираю  я.

— Хорошо, кивнул Витёк, и пари было заключено.

Толстик огляделся по сторонам:

— Где тут первый встречный? О!

Взгляд СТСа остановился на двух фигурках топающих по тропинке со стороны станции. Несмотря на немалое расстояние, можно было различить, что принадлежат они двум пацанам. Один тощий и высокий лет шестнадцати. Второй — того же возраста, был еще выше при той же худобе и выглядел комично.

Если б здесь был Антон или его отец, или даже уфолог Семен Семенович, то они бы непременно узнали в одном из парней Толика-хакера. Но никого из тех, кто приглашал юного компьютерщика, здесь не было, а остальные Толю не знали.

Толстик, углядев в тощей паре удачную развязку спора, помчался навстречу. Толпа юных техников движимая любопытством последовала за ним.

— Простите, — сбивая дыхание и переходя на шаг, издалека окликнул СТС. — Вы не знаете случайно Витю Андронова?

— Нет, — ответил тощий паренек. На лице Толстика заиграла победоносная улыбка, но парень добавил: — Но очень хотим с ним познакомиться. Вы не подскажете где здесь артефакт?

Толстик растерялся, а мальчишки, которые только-только разбились на два лагеря, дружно захохотали. Смех гремел, разносился по округе... И возвращался легким эхом, растворяющемся в самом смехе. Толстик выглядел как побитая собака, худощавые парни — слегка ошарашенными.

Витёк подошел к СТСу, похлопал его по плечу.

— Ну, кто из нас кто?

— Я дурак, — выдавил Толстик.

— Не дурак, — подсказал кто-то из младших. — А ослик. Иа-Иа.

— А Витька — герой нашего времени, — расхохотался Лепехов.

 

***

Подбежавшие взрослые и Антошка наблюдали за этой сценой со стороны.

— Сами разобрались, — усмехнулся Валерий Палыч, заметно успокаиваясь.

— И познакомились, — добавил уфолог. — Встречай гостей, Антон. Хакеры пожаловали.

— Толян! — возопил Антон и дернулся вперед, сквозь толпу юных техников. Толя-хакер повернулся на голос и заулыбался.

— Привет, Тоха. Знакомься — это Ёё.

— Привет, — поздоровался Антон. — А это ребята, про которых я рассказывал. Вот Витёк, а с остальными сами познакомитесь.

Пока шли шумные представления и рукопожатия, подошли взрослые.

— Валерий Павлович, — пожал руки ребятам тренер.

Толик ответил на рукопожатие молча, второй парень смущенно буркнул

— Ёё.

— А почему Ёё? — удивился уфолог.

Парень смутился, а Толик-хакер ответил за него весело:

— Кино не смотрели «Элен и ребята»? Есть такое кино. Там одного парня так зовут. Вот к Егору и прицепилось это Ёё. А на самом деле он Егор, только все уже к Ёё привыкли.

— Интересно, — искренне подивился Семен Семеныч. — А Ёё... То есть Егор у нас тот специалист, про которого ты говорил?

— Ага, — подтвердил Толик. — Он 3D графикой занимается и веб-дизайном. Хотите — сайт Вам сделает, хотите — макет артефакта нарисует в трехмерном варианте. Я-то по другим кодам специализируюсь. А он по 3D графике и вебу лучший.

Егор смутился окончательно, пробормотал что-то несуразное. А Толик развеселился еще больше.

— Он вправду лучший спец. Только стесняется. А можно на артефакт-то поглазеть?

— Конечно, — по-хозяйски залопотал уфолог. — Идем. Тут, понимаете, какая штука...

 

***

Юные компьютерщики пришли в восторг от увиденного. Толька-хакер загорелся идеей компьютерной игрушки. Можно сделать красивую компьютерную игру, на основе реальных фактов, а не фантазий про инопланетную чепуху. Такую игрушку, которая, как он выразился, «утрет нос «СТАРКРАФТУ».

Ёё-Егор вел себя тише, спокойнее. Смущаться он вскоре перестал, но вопросы задавал редко и только по делу.

— Он в голове уже модель рисует, — шепнул Витьку Толька-хакер. — Гений!

Витьку очень понравился Егор. Стоит ли обращать внимание на некоторую неуверенность его в новой компании? Главное — спокойная уверенность Егора, едва возникает разговор о деле, она так и бросается в глаза. Да, такой парень будет работать до конца. Толька-хакер, в отличие от Ёё, относился скорее к тем, кто быстро загорается новой идеей и так же быстро закисает, бросая дело на пол дороге, когда появляется какая-то новая идея. Егор же не походил на человека, который бросит дело неоконченным.

Машинок в тот день не запускали. А с Егором-Ёё договорились встретиться на днях. Ответственность за связи с компьютерщиками взял на себя Витёк. Ему было интересно все, до такой степени интересно, что он начал забывать про учебу. А в конце года этого делать не стоило.

 

***

Сказано-сделано. Через два дня Витёк после школы завалился к Ёё. Пили чай, говорили, рассматривали чертежи артефакта, фотографии. А потом как-то само собой переключились на идею сделать сайт, посвященный артефакту.

— Наверное, смастерить страничку в интернете очень сложно? — Как ни старался Витёк придать голосу нейтральный характер, маленькой провокации ему скрыть не удалось.

— Ну, не сложнее, чем сбацать модельку, — ЁЁ усмехнулся. Ведь все давно известно: сначала расскажи, потом — покажи. А почему бы и нет?

— Модель автомобиля, или пилотажку?

— Да проще всего. Начать, по крайней мере, изготовить главную страницу несложно. 3D модели, конечно, посложнее... Но ведь у тебя руки чешутся, а, Витёк?

— Ага!

— Вот давай и тебе сделаем страничку в интернете?

— Давай, — опешил Витька.

— Берем текстовый редактор...

— Ворд? В нем я видел функцию «сохранить в HTML»...

— Можно и Ворд, но только в режиме текстового редактора. А чтобы не создать лишних соблазнов, воспользуемся допотопным «Блокнотом», он в любых Виндах водится. Так, открыли Блокнот. Пишем: «Витькин сайт. Страничка посвящена Витьке, отважному исследователю таинственного Артефакта», — пальцы ЁЁ так и мелькали над клавиатурой. Не стучали, а лишь чуть касались, нежно так, как пианист, когда играет «пианиссимо».

— А потом можно будет переделать? Мне «Витька» не нравится.

— Да сколько угодно можно переделывать. Так, теперь сохраняем написанное в файле, пусть 1.txt. Выходим в систему, переименовываем расширение файла в HTM. Вот, теперь он доступен любому интернетовскому браузеру...

— Internet Explorer?

— Да, запускаем, и что мы видим?

На экране в левом верхнем углу вылезла черная надпись на белом фоне.

— Мелко! — Заявил Витя.

— Разумеется, — довольно кивнул ЁЁ, — а посему подходим к самому главному. При построении страничек используются специальные команды. Все они заключены в угловые скобки. Первая команда, которую учат новички: <BR>. Снова заходим в Блокнот, открываем 1.htm, редактируем, вставляем <BR> между предложением. Записываем на винт, обновляем браузер.

— Слишком быстро, я могу запутаться, — предупредил Витька, и тут же, заметив изменение на экране, даже сник, — это что, типа переноса.

— Да, теперь второе предложение начинается с новой строки. Займемся цветом и размером. Пусть заголовок будет красным, это код FF0000, а полная команда будет <FONT color=#800080 size=4>, Color — понятно, цвет, а size — размер буквиц. А вот так, со слэшем вправо, отмена команды. Все запоминаем, обновляем.

— Да, смотрится лучше, — согласился Витька, но ведь мы не в интернете?

— Да, пока мы не вышли за пределы данного компьютера. Слава Богу, на свете существует много добрых сайтодержателей, предоставляющих совершенно бесплатно место под странички всем желающим. Сейчас зарегистрируем где-нибудь сайт, это минут пять.

Витька следил за манипуляциями ЁЁ жадными глазами, можно было подумать, что если он не запомнит сейчас и всё, то — кранты, больше никто никогда сих волшебных деяний не покажет!

— Вот, готово, входим в программу закачки...

— Здесь предлагают помощь в изготовлении сайта?

— Пока игнор. Так, что мы забыли? Нужно обязательно переименовать наш файл. Ведь у тебя на сайте будет лежать много файлов, фотки, к примеру. Если кто зайдет на сайт, какой файл откроется первым?

— Какой?

— Так уж установили с древних времен, что машина первым открывает файл index.htm, вот мы сейчас и переименуем наш 1.htm. Готово. Закачиваем к доброму хостингосодержателю... Вот, теперь можно зайти уже через интернет, главное — не запутаться в названии твоей странички, оно так хитро получается, к общему названию прибавляем твое, вот здесь. Так. Не открывается. Почему?

— Может, еще рано? А, тут ведь точка после www!

— Виноват, исправим. http://www.vitek.newmail.ru/ Так, открылась...

— А можно фотографию вставить?

— Твою?

— Модели, — засмеялся Витёк, — у меня есть в электронном виде.

— Давай.

Возня продолжалась еще минут пятнадцать. Витёк глазам не верил: у него появился самый настоящий сайт в интернете, да еще и с фотографией модели. Чудеса!

— А что, можно кому угодно делать домашние странички? Как в мультике про Масяню — хомяков разводить? — Спросил Витя.

— Можно сделать сайт себе, можно — коту, можно — кактусу с подоконника. И поместить на сайт фотки кактуса, как он рос, как пересаживали, как зацвел. А еще можно прицепить личной страничке кактуса гостевую книгу. А также конференцию, куда будут заходить другие кактусы, и даже чат — для общения on-line!

— Кактусов между собой?

— Ага!

— Вот будет прикол, если там начнут разговаривать!

— Не сомневайся, так и будет, — ЁЁ изобразил ладонями нечто, по всей видимости, должное подкрепить его утверждение.

— Хочу гостевую книгу. И конференцию! — Завизжал Витёк, входя в роль капризного дитяти.

— Не боись, все будет. Только попозже. Сперва макет Артефакта и чертежи с фотками обработаем, а потом сайтом займемся.

— Когда? — нетерпеливо выпалил Витёк.

— Через недельку, — прикинул ЁЁ свои силы и улыбнулся. Кажется первый раз за все время их общения.

 

Глава шестая

Можно было подумать, что в клубе перегорели пробки. В большой комнате — тьма кромешная, самое время черную кошку ловить! Малышня она всегда в курсе, уже позалезала на столы в предвкушении необычного развлечения. Шум и крик стоял такой... Будь у клуба соседи, давно вызвали бы милицию, благо — подвал. То ли дело в комнате рядом. Шум сюда доходил, но его приглушала полуприкрытая дверь. Здесь находились лишь Валерий Павлович и старшие. Говорили они не громко и по делу.

— У нас прямо МКС. Международная космическая станция! — хмыкнул Лепехов.

— Ага. Стыковка, расстыковка, — улыбнулся Витёк.

Малая комната была слегка освещена: горели два монитора на столе, за ними сидели ребята. В руках Витьки и Толстика можно было различить пульты управления. То, что проходило здесь сейчас, можно было назвать генеральными испытаниями.

— Ну, начнем с фар, — распорядился тренер. — Включаем!

— Есть картинка! — Обрадовано сообщил Толстик.

Крики, доносящиеся из большой комнаты, явно изменили характер, переходя в скандирование: «Поехали! Поехали!».

— Порадуем молодежь? — Предложил Толстик, открывая дверь в зал.

— Только медленно, — предупредил Валерий Павлович.

— Мы медленно, совсем медленно, — протянул СТС, рванув правую ручку от себя. Витька не заставил себя ждать, бросив модель следом.

— Я тебя преследую!

Что творилось в зале... Младшие ребята хлопали в ладоши, свешиваясь со столов, кто за какую машинку болел — неизвестно. Модели так и шныряли, освещая зал маленькими фарами то здесь, то там. Будто мыши со светящимися глазами! Самое удивительное состояло в том, что даже на такой сумасшедшей скорости машинки ни разу не столкнулись с ножками столов или стульев.

— Заканчивайте гонки, займемся... — начал тренер строго.

— ...стыковочным узлом! — закончил за Палыча Толстик.

— Вот и остановись, а Витя пусть стыкуется.

— У... — разочарованно протянул СТС.

— Да потом твоя очередь будет, — успокоил подростка Витька.

— Ага, вечно он первый, Гагарин, тоже мне...

Витькина модель подрулила к машинке Толстика точно в раз, без маневров и разворотов. Не смотря на то, что расстояние между моделями сократилось до «притыка», изображение на мониторах оставалась резким. Мальчикам уже объяснили — это потому, что объективы имеют малое фокусное расстояние и, как следствие — большую глубину резкости. Не то, что на старых фотоаппаратах...

— Врубай катушку, — скомандовал Витёк.

— Да уже, — откликнулся СТС.

— Я потащу, а ты не вздумай тормозить!

— Имитация «сломалась», — Толстик захихикал, убрав руки с пульта. Витька под радостные крики малышни дважды протащил примагниченную модель Толстика по залу. Развернулся, выключил электромагнит, отъехал.

— Ага, — радостно потер руки СТС, — теперь моя очередь тебя таскать!

— Сначала поймай!

— Э... Хватит гонок, ребята, надо делом заниматься, — напомнил Валерий Павлович, — ты Витёк, стой, где стоишь.

Модель СТС легко подкатила к «заглохшей» машинке приятеля. Точно бампер в бампер не получилось. Задний ход! Какое счастье, что Толстик поменял спидак, теперь и назад и вперед без всяких затруднений!

Со второго раза машинки состыковались точно.

— Магнит!

— Есть магнит!

— Ну, теперь я тебя и потаскаю! — пообещал Толстик. — И, воще, руки с пульта!

Долго таскать ему не дали. Остановил Палыч:

— Все, хватит, испытания прошли успешно.

— Аккумуляторы еще полны. Можно, мы еще покатаемся? — попросил Толстик.

— И для тренировки полезно, — добавил Витёк.

— А, ну да, тяжело в учении... А вам разве тяжело?

— Хоть и не тяжело, а все ж... Опыта поднабраться в почти реальных условиях. Вот, видишь: нога инопланетянина!

Кто-то из мелких слез со стола, объектив видеокамеры показывал лишь его ноги.

— Ахтунг, ахтунг! Гонки продолжаются!

Раздался новый взрыв радостного визга из соседней комнаты. Модели будто сошли с ума в какой-то безумной гонке. Малышня не осталась в долгу, ребятишки спрыгивали на мгновение со столов, и, увидев приближающие фары, забирались обратно. Такого веселья родниковский СЮТ не знал давно.

— Но как выбираться назад, мы так и не разрешили, — буркнул перед уходом Валерий Павлович.

— Развернемся как-нибудь, — махнул рукой Толстик.

 

***

В голове Витьки будто застряли последние слова тренера. Ну, застряла машинка, ну подцепили ее на магнит, ну вытащили... Задом вытащили? Вслепую вытащили? Ведь камера и фары у второй машинки так же спереди.

Двигаться назад вслепую — не дело. Как быть? Поставить еще по одной камере сзади на каждую модель? Еще один передатчик, еще один монитор? А, стоп, можно устроить элементарный переключатель каналов, он будет управляться от приемника через какое-нибудь реле. Но все равно — нужны будут две камеры. Да, ведь еще и фары сзади. А если видеокамеру поставить на вращающейся турели? Тогда ее надо ставить не впереди, а посередине модели. Громоздко и непонятно. А фары все равно на 180 градусов вращаться не заставишь. Хотя, если укрепить фару вместе с камерой на том же вращающемся столике? Кошмар...

— Вить, ты чего молчишь? — напомнил о своем существовании Антошка.

Витёк и позабыл, что сидит рядом с другом за монитором. Вот как бывает...

— Ты обещал рассказать, как испытания прошли, — напомнил рыжий.

— Нормально прошли...

— А подробней?

— Лучше было это видеть. Ну, устроили мы с Толстиком гонки... — И Витёк начал рассказывать в подробностях события вечера.

— Здорово! Теперь так же — по Артефакту. Вернее — внутри! — Восхитился Антошка.

— Не так же. Есть одно «но». Там особо не развернешься. Можно «треугольником», как на сдаче на права, — Витёк видывал эти «сдачи» в натуре: отец дважды пересдавал площадку, — но ведь вслепую развернуться — это не на площадке.

— Вслепую? А, у вас нет камер сзади!

— И фар нет. Все никак не могу понять, что делать? Ставить вторую камеру и фары сзади? Ездить вдвоем, чтобы задняя машинка подсвечивала переднюю? А как будет тогда разворачиваться та, что сзади? Сколько ни чешу репу, ничего не придумывается...

— А магнит держит крепко?

— Тонну! — Махнул рукой Витёк.

— Вот и сцепите машинки магнитом, задками друг к дружке. Получится Тяни-Толкай из книжки Корнея Чуковского!

Витёк оторопело взглянул на друга. А ведь это решение на первый случай! Вперед ведет один водитель, назад другой. Если надо — расцепятся. Идея!!

 

***

Связанные, как Тяни-Толкай из сказки про доктора Айболита, машинки смотрелись странно. Ребята и взрослые спешно проверяли соединения. Камеры вроде работают, обе. Обзор — с двух машинок сразу. Магнит тоже пашет.

— Ну, когда же уже? — пищал мелкий Сашка. — Когдаааа?

— Шурка, — цыкнул Валерий Палыч. — Кончай канючить. Вить, запускай.

Витька молча кивнул. Сцепка из двух машинок въехала в тоннель. На развилке Витя свернул направо, прошел полкруга. Скорость снизил и ехал медленно, чтобы, не дай Бог, не проглядеть проход. И все равно чуть не проехал.

— Стой, — гаркнул рядом Толстик. — Слепая тетеря, куда несешься.

— Тетеря не слепая, а глухая, — огрызнулся Витя, сворачивая в незамеченную дырку.

— Отставить перепалку, — поспешил вмешаться Палыч. — А то сейчас вместо двух базарных тетерь посажу за пульт Сашку.

Кто-то хихикнул, Сашка радостно пискнул: «А давайте». На том и закончили.

— Вить, чего стоишь? Поехали.

Витя осторожно тронул машинку вперед. Сантиметр за сантиметром...

— Ух ты! — громко выкрикнул Толстик.

Кто-то из мелких присвиснул. И было отчего. Развилка тоннеля, но не на два, а на три! Одна дорожка уходила вправо, под углом в девяносто градусов, вторая так же устремлялась влево, а третья шла вперед.

— Теперь куда?

— Давай направо, — распорядился тренер. — Подождем пока углубляться.

Витька кивнул и напряженно повел машинку вправо. Поначалу ехал осторожно, но коридор вел прямо, и развилок больше не наблюдалось. Вскоре пилот исследовательской машинки осмелел и скорости прибавил.

Ребятня, да и взрослые поддались азарту. И Витька все увеличивал и увеличивал скорость...

 

***

Это была, пожалуй, самая длительная поездка. За два с половиной часа у мониторов успели проехаться по периметру всего артефакта. Дорожка оказалась круглой и шла вдоль всего артефакта с несколькими ответвлениями.

Ответвления в первый раз пропустили. Но азарт взял свое, и, выскочив из дырки слева на тройной развилке, с которой все началось, решили пойти на второй круг.

По второму кругу ехали с учетом разветвлений, но ничего интересного не обнаружили. Развилки дублировали основную дорогу по более широкой дуге.

Часа через два с лишним катаний по кругу Валерий Палыч велел выезжать. Наблюдатели заныли, мол, чего так быстро, но ни Витька, ни даже Толстик, что сидел на вторых ролях и ждал своей очереди, спорить не стали.

«Умаялись ребята», — подумал Палыч.

— Все, — отмахнулся от зрителей. — На сегодня хватит. Пилоты отдыхают, остальные на разбор оборудования.

Мониторы, столики и провода разобрали быстро. В бытовке сидели пили чай, обсуждали виденное. Шумно и весело. Только СТС с Витьком выглядели измотанными, да Мишка Лепехов сидел задумчив.

— Надо бы карту составить, — тихо предложил он тренеру.

— А чего тут составлять? — искренне удивился Валерий Павлович. — Семен, у тебя бумага есть?

— Держи, — протянул пачку листов формата А4 уфолог.

Тренер достал двухцветную ручку и нарисовал на весь лист огромный синий круг. Потом изобразил в середине его круг поменьше.

— Это наш холм-артефакт, если на него сверху смотреть, — прокомментировал тренер. — Внешний круг это край артефакта, а внутренний это край верхней площадки. Понятно?

Ребята, что уже сбились в кучу и с любопытством наблюдали за творчеством тренера, закивали. Валерий Павлович переключил ручку на красный цвет и нарисовал на внешнем круге жирную точку:

— Это вход.

От точки вверх потянулась тонкая нитка дорожки, раздвоилась, описала два полукруга и снова сошлась воедино.

— А это наша первая развилка, где мы по кругу ездили! — радостно заорал Толстик.

— Точно, — улыбнулся Семен Семеныч, что наблюдал за рисованием со стороны.

Валерий Павлович кивнул молча и от точки схода двух дорожек провел маленькую черточку вперед. Потом от центра нарисовал еще один огромный круг сильно больше центрального синего и чуть меньше внешнего синего, который изображал границы артефакта. Затем к дальней от входа половинке красного круга дорисовал еще одно полукружие, чуть шире. Полукружие вливалось в круг справа и выливалось из него слева.

— А это то, что мы объехали сегодня, — подытожил Витёк.

— Верно, Витя, — кивнул тренер. — А вот это, — он указал на незаконченную дорожку идущую от развилки в сторону центра артефакта. — Это знаешь что?

— Не знаю, — пискнул Сашка, — как будто спрашивали его.

Ребята захихикали, а тренер нарисовал на незаконченной дорожке жирный знак вопроса:

— А ни кто не знает, — задумчиво сообщил он. — Сюда мы сегодня не поехали. Эта дорожка ведет вглубь артефакта. И что там нас ждет — никто не знает. Завтра мы поедем по этой дороге к центру неизведанного.

— А сейчас что? — Спросил Лепехов.

— А сейчас по коням, хлопцы, — усмехнулся тренер. — А то электричка без нас уедет.

 

***

На другой день у артефакта толпа собралась больше чем обычно. Всем хотелось увидеть первый заезд: заглянуть вглубь артефакта, в центр неизведанного.

Витёк сжал пульт, посмотрел на Толстика. Было решено, что первая машинка Витька едет внутрь, как уже сложилось, а в обратную сторону выезжает Толстик. СТС такому раскладу порадовался, но сейчас заметно нервничал. Именно это его нервное состояние и повлияло на Витю. Андронов как-то сразу успокоился и почувствовал себя увереннее.

— Ну что? — спросил у Валерия Павловича.

— Сейчас. Монитор проверим... Ага. Начали.

Машинка взрыкнула и двинулась по знакомому тоннелю. На экране возникли привычные уже стены коридора. Освещенные фарами, они выглядели совсем иначе. А вот и развилка. Витя притормозил, весело посмотрел на тренера:

— Направо? Налево?

— Без разницы, — отмахнулся Палыч. — сам же лучше меня знаешь.

Витя кивнул, машинка тронулась дальше. Ребятня, столпившаяся у экрана, замерла. Только сопение напряженное слышалось. Машинка медленно проехала пол круга и свернула в новый проход. Витя уже без вопросов промахнул вторую развилку. Удерживая направление, повел машинку вперед.

Коридор был прямой как стрела и короткий. Закончился он практически сразу. Закончился тупиком. Стеной. Витя остановил машинку. На лице его было разочарование.

— И что? — спросил он, поворачиваясь к тренеру.

— А ничего, — Палыч первый раз на его памяти оказался растерянным. — Ничего, Витя. Все.

— Как это все? — возмутился Толстик. — Смотрите же! Это же дверь! Вон же щель прямоугольная. Видно же!

На стене и впрямь рисовалось некое подобие дверного проема. Тонкая-тонкая... Нет, не щель даже, а стык, какой возникает между шкатулкой и закрытой накрепко крышкой. Только ни дверной ручки, ни кнопки, ничего, чем бы могла открыться дверь, если это была дверь, рядом не было. И как открыть?

Само собой, никто вопроса вслух не задавал. Все и так уже всё поняли.

— Давай, Витяй, езжай вперед. Толкнем, а вдруг откроется, — крикнул Толстик.

Витька тронул машинку вперед. Никто не возражал. Модель уперлась в стену, набрала обороты, но колеса крутились вхолостую.

— Назад! — скомандовал СТС.

Машинка резко отъехала назад.

— Вперед.

Короткий разгон, удар, вертящиеся вхолостую колеса...

— Прекратите, — распорядился пришедший в себя тренер. — Что, хотите ее как тараном? Или в параллельное пространство мечтаете сквозь стену въехать? Может она открывается в другую сторону. А может, и вовсе не открывается. Витя, отдай ему управление. Выезжайте оттуда.

Толстик скрипнул зубами. Машинку вел ровно, но молча и без радости. Какая тут радость, ведь это конец всех их исследованиям артефактным.

— Что теперь? — убито спросил Витька, хотя знал ответ. Знал и боялся его услышать, ждал еще какого-то чуда.

— Все, — ответил уфолог.

Семен Семеныч выглядел всего лишь задумчивым. Правильно, для него это всего лишь очередная попытка расколоть инопланетный орешек. Пусть попытка неудавшаяся, но не первая и не последняя. А для юных техников это конец приключения. Конец.

Машинка выскочила из артефакта. Толстик посмотрел на ребят. Радости не было. Ни у кого.

— Все, — повторил уфолог. — закрываем проект. Спасибо всем, коллеги. Если возникнут какие-то новые идеи с вашим участием, мы поставим в известность вашего тренера.

Палыч невесело усмехнулся. Ему тоже было не слишком радостно. Он хотел, было, что-то сказать, но не успел. Над артефактом со знакомым вжиком прошел аэроплан. Не настоящий, понятное дело, модель. F3a сделал круг и ушел выше.

— Валера, — возмутился Семен Семеныч. — я же просил: никаких самолетов в радиусе пятисот метров.

— Чья работа?! — довольно резко спросил тренер.

— Понятия не имею, — пожал плечами Витёк, будто вопрос относился конкретно к нему.

Вся толпа завертела головами в поисках нарушителя. И в этот момент...

— Смотрите!!! — завопил кто-то из мелких.

И ребятня, и взрослые повернулись на крик, один из мальчишек указывал куда-то вверх на артефакт.

Красно-голубой самолетик, делая очередную петлю, пролетел впритирку над артефактом, чуть ли не чиркнув по верхушке объекта. И тут инопланетная конструкция отреагировала на это сближение. Ровная поверхность холма нарушилась, как бы треснула. Сбоку артефакта открылось окошко, похожее на ту «кроличью нору», через которую внутрь запускали автомобильчики. Из нового окошка вперед вылезла, подобно лотку у CDRom-а, пластина, более всего напоминающая посадочную площадку.

Ребятня заворожено глядела на чудо, рты нараспашку. Слышно только, как жужжит моторчик модельки. Никто и слова не пикнул. У Валерия Павловича челюсть поползла вниз. Семен Семеныч отреагировал еще живее. На лице уфолога вихрем пронеслись все возможные и невозможные чувства — от несказанного удивления до безумной радости.

Самолетик ушел в сторону. Посадочная площадка, если это была она, замерла и так же неспешно, как и вылезала, поползла в обратную сторону.

Щелк-джик-щелк-джик-щелк! Витёк считал автоматически, итого восемь снимков успел сделать Семен Семеныч. Вот что значит — матерый уфолог: «Зенит» всегда наготове — вдруг летающая тарелка или снежный человек какой проползет, и чтобы потом локти не кусать... Оно конечно, цифровики современней, но старой доброй фотопленке доверия больше!

Красно-голубая пилотажка сделала еще один круг над артефактом и пошла на посадку.

— Почему на эту... площадку не посадили? — жалостливо вскрикнул кто-то.

— Ни умения не хватило бы, ни... — начал, было, Валерий Палыч, но, поглядев на плюхнувшуюся с неба модель, оборвал себя на полуслове. — За мной.

Тренер широкими скачками помчался к месту посадки, вся когорта ломанулась следом. Самолетик был незнакомый, с вызывающим «Made in USSR» — красным по голубоватому. И модель, и раскраска, и рука техника чувствовалась, но не той школы.

— Чья модель? — Палыч поднял самолетик высоко над головой.

— Моя! — через полянку к ним спокойно шла стахановская моделистка. — Моя. Чего вы на меня так смотрите, — добавила она, слегка смущаясь, ведь все взгляды сейчас были устремлены на нее. — Плохая модель что ли?

— Модель отличная, — рассмеялся тренер. — Прекрасная модель, дай я тебя за нее расцелую!

— Вот еще, — фыркнула Жанна и протянула тренеру ладонь для рукопожатия. И Палыч обхватил тонкую девчачью ладошку двумя руками и с удовольствием ее потряс под веселое хихиканье своих учеников.

— Во дает Жанна Д’Арк! — восхищенно взвизгнул Толстик.

— Да, коллеги, — радостно улыбаясь, сообщил подошедший уфолог. — Это прорыв, определенно, прорыв. Исследование не заканчивается, мы с вами еще повоюем!!!

Не прошло и четверти часа, как Семен Семеныч с ребятами уже лазили возле того места, где только что выдвигалась «посадочная полоса». Искали, безрезультатно выискивали щели в иссиня-черной поверхности.

— Ровно, как будто ничего и не было, как литой, — обескуражено вздохнул Толстик.

— Привыкайте, парни, в нашем деле такое — сплошь и рядом, — улыбнулся Семен Семеныч. Беспомощно так.

— И что теперь? — Спросил Витёк.

— А вот!

И уфолог погладил старый добрый «Зенит».

 

Эпилог

«...Нам стало известно, что идет разработка найденного под Москвой артефакта. Наш корреспондент выехал на место и попытался взять интервью у Семена Семеновича Изотова, уфолога занимающегося исследованием „подмосковного холма“...»

Газета «Аргументы и факты»

«...Исследование артефакта происходит при участии подростков из местных клубов авиамоделистов. Дети двигают научно-технический прогресс. Если так пойдет и дальше, то скоро научными исследованиями станут заниматься воспитанники детского сада...»

Газета «Мегаполис экспресс»

«...уфологи привлекли к исследованиям воспитанников родниковской СЮТ (Станции Юных Техников). В ходе исследований выяснилось, что есть вещи недоступные ученым. Там, где не справились взрослые, берутся за дело юные первооткрыватели. Подростки становятся повелителями непознанного...»

Журнал «Лиза»

«...Похоже, инопланетяне пошли на контакт. На прилагаемых фотографиях четко видно, как из „подмосковного холма“ выдвигается посадочная площадка. Эта площадка ни что иное, как жест доброй воли инопланетян. Реакция на подлетающую модель планера, как видно на фотографии. Можно сделать вывод, что инопланетные достижения цивилизации близки в чем-то с нашими. Над артефактом летали птицы, но ни на одну из них артефакт не среагировал так, как на модель самолета, что несомненно говорит в пользу вышеупомянутого утверждения...»

Газета «Московский комсомолец»

«...продолжаются споры по поводу скандальных фотографий подмосковного артефакта. Посадочная площадка: реальность или всего лишь работа „adobe photoshop“? Точных сведений пока нет, но мы предполагаем...»

Журнал «Вокруг света»

2009 © Алексей Гравицкий
top.mail.ruРейтинг@Mail.ru